— Ничего он не уродский!
Как и следовало ожидать. Удивительно только, что незнакомка за прозвища не предъявила. Неужто понравились?
Холланд же отметила для себя, что не то это. Прозвище не то. Нужно было что-то другое. Что-то подходящее, но не настолько. Что-то грубое, но при этом мягкое, дабы не сильно обидеть пепельноволосую. Пельноволосую… Ответ на свой же вопрос девушке пришёл мгновенно.
— Мышь. — Лиз даже улыбнулась, на мгновение забывая о боли в пальце.
— Чего? — сероглазая лишь нахмурилась, сделав для себя пометку, что её соседка порой говорит очень странно и непонятно.
— Буду звать тебя мышью, — на этот раз Холланд даже объяснить не поленилась, — Вот, смотри, уже даже отзываешься. — после чего вновь улыбнулась, видя лицо девушки, на котором сейчас отображались все возможные эмоции, начиная смятением, продолжая осознанием, и заканчивая явным недовольством.
— Эй!
Данное ей прозвище девушка однозначно не оценила.
— Уйди с дороги, мышь, — но Лиз Холланд на это с высокой колокольни плевать хотела, — И домик мыши убери, пока я его отсюда не выкатила. — зеленоглазая закатила глаза, кивая головой в сторону нежно-розового чемодана, после чего тяжело вздохнула, принимая очередную попытку подняться.
— А ну стой! — но попытка была тут же прервана пепельноволосой, или же «мышью», как её уже называла Лиз про себя. — Я обязана тебе помочь! Это мой долг!
— Долг? — рыжеволосая впервые за несколько месяцев своего здесь пребывания так сильно рассмеялась. Казалось, что даже слёзы проступили. — Ты из какого века вообще? Это как минимум твой должок, но уж точно не долг.
Незнакомка усмехнулась, но вместо ответа лишь наклонилась к девушке, подхватывая её сзади под подмышки.
— Эй! Я, вообще-то, не разрешала тебе помогать мне! — типичная Лиз одним словом.
— А я и не спрашивала. — на этот раз на провокацию сероглазая не повелась, а даже наоборот — вполне себе достойно ответила.
— Вот же… — зеленоглазка уже было хотела сказать такое уже привычное, уже приевшееся «мышь», но из её губ вырвалось не то, что она планировала сказать, а резкий и неожиданный как для пепельноволосой, так для самой девушки, крик. — Твою ж мать!
Холланд про себя даже удивилась, откуда в её новой соседке столько сил, ведь видела она уж чересчур… слабой? Хилой? Чёрт его знает, но уж точно не той, кто сможет с такой лёгкостью поднять и поставить её на ноги.
— Ты как? Стоишь? — аккуратно спросила сероглазая, не отпуская девушку, которая в прямом смысле слова стояла только благодаря ей.
— Стою, — ответила Лиз спустя минуту, после того, как полностью убедилась в том, что она действительно стоит и не упадёт в следующую же секунду без посторонней помощи. — Можешь отпускать, дальше я сама.
— Ага, размечталась, — незнакомка даже позволила себе улыбнуться, заметив, что враждебность в голосе её соседки значительно так снизилась. — У вас здесь медпункт есть или что-то вроде него?
— Конечно есть, или ты думаешь, что здесь средневековье какое-то? — зеленоглазая нахмурилась, пытаясь повернуться, но крепко держащие её руки пепельноволосой не дали девушке это сделать. — Может отпустишь уже?
— Отлично! Тогда пошли!
Холланд хотела возразить, но быстро поняла, что это бессмысленно, ведь, во-первых: мышь была действительно права, и в медпункт обратиться явно стоило, хотя бы потому, что рыжеволосой не очень нравился вариант с осложнениями в виде возможной дальнейшей деформацией суставов пальца, или, ещё хуже, с его же неподвижностью, а если прям добить, то и с сепсисом или инфекцией. Год работы медсестрой, из которых пару месяцев практики в травматологическом отделении. Ну как практики… Девушка там работала на стандартной схеме принеси-подай, но зато страшных диагнозов или запущенных случаев из-за пренебрежения своевременного посещения врачей для оказания помощи, Холланд наслушалась и навиделась вдоволь. Во-вторых же: девушка вот-вот должна была уходить на отработку, и так совпало, что именно сегодня она должна была работать на очистке канализационных путей, что, вы наверняка сами понимаете, куда наихудший вариант, чем перестать противиться и пойти в медпункт.
Закатив глаза для вида и недовольно цокнув, Холланд всё же ответила:
— Пошли.
***