Тяжело вздохнув, я осталась в довольно-таки странном впечатлении о месте, где мне придётся провести достаточно большой срок. У меня дома условия проживания были совершенно другие, но я была не из тех брезгливых и надоедливых девушек, которые будут плакаться и без умолку говорить о том, как же хочется домой. Результата это явно никакого бы не дало, так какой от этого толк? Будет гораздо легче просто смириться, принять это как должное и перестать думать о родном доме. Вернувшись назад в спальную часть комнаты, я села на уже свою кровать и принялась доставать вещи из чемодана, параллельно раскладывая их по полочкам в тумбочке.
— Брэдфорд, ты тут? — неизвестный мне парень в буквальном смысле чуть ли не снёс дверь с петель, чем сразу же привлёк моё внимание. Но увидев в камере не темноволосую девушку, которую он, судя по всему и искал, а меня, незнакомец слегка опешил, — Неужто сама Брукс? — произносит мою фамилию с каким-то наигранным восхищением, демонстративно приподнимая левую бровь и будто специально пугая меня этим.
— Эрики нет, — сказала я в надежде на то, что он уйдет, — Откуда ты знаешь мою фамилию? — вопросительно смотрю на него в ожидании ответа.
Та самая копилка с вопросами пополнялась уже почти с каждой секундой.
— Тебе это знать не обязательно, — одним своим лишь взглядом намекает на то, что переспрашивать вопрос будет не самым моим наилучшим решением сейчас, — И правду же говорили… — тут же прикрывает за собой дверь, чем очень сильно меня пугает и настораживает, — Маленькая наивная блондиночка… — и с чего он только решил, что мне присуща наивность? — Таких у нас мало осталось, — парень усмехается, оценивая меня понятным только ему одному взглядом. — О тебе уже говорит вся колония. И чем же ты только так всех зацепила?
Он делает каких-то два коротких шага, но уже оказывается впритык ко мне. Затем грубо хватает за шею, вжимая в обшарпанную стенку позади, на что я тут же пытаюсь его от себя отстранить, пихаясь и дёргаясь из стороны в сторону. Но он будто и не видит всех тех моих отчаянных попыток выбраться из его цепкой хватки.
— Какая фигура… — незнакомец приподнимает мою толстовку, в которой я сюда и приехала, после чего и вовсе начинает трогать меня своими холодными руками сначала по спине, а потом по самой талии.
По телу словно прошёлся разряд тока, дополняющий табун мурашек, отчего я вздрогнула и неосознанно приподняла плечи. Заметив это, парень в очередной раз усмехнулся.
— Немедленно отпусти меня, — понимаю, что требовать что-либо в моём-то положении не самый лучший вариант, но других я просто не видела, — Что ты себе вообще позволяешь? — вскрикиваю и пытаюсь отстраниться, но вместо того, чтобы отпустить меня, его руки на моей шее сжались лишь сильнее.
— Наивная, — произносит это во второй раз, что меня уже конкретно начинает раздражать и пугать одновременно, — Тяжело тебе тут придётся, — зачем-то говорит то, что я уже и так уже успела понять, продолжая исследовать моё тело, — Но тебе, хочу я сказать, очень повезло, ведь ты мне понравилась, — со стороны это звучит просто отвратительно, но он, видимо, об этом даже не думать и не собирался. — И теперь тебя никто даже и пальцем не посмеет тронуть — это я тебе гарантирую.
Да кто он вообще такой, раз размахивается такими фразочками?! Плевать. Кто бы он ни был, это не даёт ему никого права вот так вот нагло трогать меня против моей же воли.
— Ненормальный, — вспыхиваю мгновенно, — Отпусти меня! — предпринимаю очередную безуспешную попытку отстранить его от себя.
— Что же ты мне сделаешь, малышка Брукс? — нагло усмехается, используя такое противное обращение в моей адрес, — Так уж вышло, что я знаю про тебя всё. — снижает голос на полтона, заставляя меня в очередной раз вздрогнуть. — От того, кто твои родители и как они к тебе относятся и вплоть до того, что я знаю: кто и как тебя подставил.
Парень произносит то, что резко заставляет меня замолчать и даже остановить все попытки сбежать куда-либо. Мой мозг просто отключился, повторяя одну и ту же фразу, которую только что произнёс незнакомец: «Я знаю: кто и как тебя подставил». Об этом знали исключительно самые близкие мне люди вроде родителей и те, кто разбирал моё дело, то есть люди из следственного комитета и суда. На близкого друга нашей семьи он не похож, на работника суда — тем более. Так откуда же он тогда узнал то, что знать был никак не должен?..