— А это для профилактики.
Джессика не успела ни отойти, ни понять чего-либо, ни даже успокоится, как получила очередной удар в область живота. Он был гораздо сильнее всех предыдущих. Даже если взять их всех вместе, то даже примерно не получится то, каким был этот. От боли тело словно распалось на отдельные части, и каждая из них невыносимо болела и ныла. Это было очень подло, низко и гадко с её стороны. Жестокость этой девушки уже и так перешла все границы, но останавливаться она не собиралась. Один удар следует вслед за другим, не давая голубоглазой даже пары секунд на банальную отдышку и переведения дыхания. Всё происходило слишком быстро и необдуманно. Мэдисон была зла, да, но это всё равно не могло оправдать её ужасных, только что совершенных поступков.
— Мэдисон! — видя, что блондинка начала задыхаться и кашлять собственной кровью, одна из девушек отпускает запястье девушки и подходит к темноволосой. — Прекрати! Достаточно! — пытается успокоить её, но это не действует, и она лишь молча продолжает наносить удары. — Ты же убьёшь её, боже!
— Она права, остановись, — вторая девушка тоже отпускает Брукс, понимая, что та больше и сопротивляться то не в состоянии. — Ты прекрасно знаешь, что с тобой будет, если ты случайно её убьёшь, — даже эти слова не особо помогают. — Алекс бы этого не одобрил.
Имя парня резко остановило весь этот процесс. Она нанесла последний удар и подошла к той самой девушке, которая сказала эти слова.
— Заткни свою пасть! — произносит чётко, серьёзно и злобно, давая понять, что сейчас она далеко не шутит. — Думаешь, я сама этого не знаю?! — заводится ещё в разы сильнее прежнего. — Какого бы было тебе, если бы какая-то убогая сука заняла твоё место, за которое ты боролась, пахала, не раз переступала через саму себя и свои принципы?! — в очередной раз срывается и кричит.
— Я бы разозлилась, — входит в её положение и отвечает предельно честно. — Но убивать бы её точно не стала! — высказывает своё мнение. — Я не думала, что ты так далеко зайдёшь! — выгораживает саму себя. — Это уже слишком, Мэдисон, даже для тебя.
Пусть эта девушка и была очень жесткой, такое действительно было через-чур. Если бы они не остановили её, то она бы просто убила блондинку в приступе и порыве гнева.
— Я бы её не убила! — возражает, хотя в глубине души понимает, что это отнюдь не так. Если бы она продолжила избивать её ещё какие несчастные две минуты, то в живых Брукс точно уже бы не было. — Я просто преподала ей урок!
— Посмотри, что ты сделала с ней! — девушка кивает в сторону Джессики. — Она же даже на ногах стоять не может!
Мэдисон перевела взгляд куда-то в сторону. Голубоглазая упала из-за нехватки сил на холодный кафель, держась руками за собственный живот. Видимо, боялась, что темноволосая продолжит её туда избивать, и таким образом хотела хоть как-то уменьшить силу поступающих ударов. Лучше было бы отбить руки до синяков, чем органы внутри просто бы перемешалось, превращаясь в кашу. Щека была настолько сильно вскрыта, что без швов точно не обойтись. Да и кровотечение было довольно не слабое, роба пачкалась кровью буквально на глазах, с каждой минутой всё сильнее и сильнее. Где-то в метре от девушки лежали её собственные волосы, один лишь вид которых заставил блондинку начать рыдать по новой, периодически откашливаясь кровью. Её некогда длинные локоны до самой талии стали чуть выше плеч, что было чертовски непривычно и странно. Родители всегда твердили ей то, что её волосы — это гордость, которые отстричь хотя бы на пять сантиметров просто грех. В принципе, ей и самой очень сильно они нравились, так что за много-много лет у неё даже и мысли не было, чтобы вот так вот коротко их обстричь. Теперь смотреться в зеркало не хотелось от слова совсем.
— Значит, и трахаться с Морганом она тоже не сможет, — видит в словах шестёрки только то, что хочет видеть. — Ни стоя, ни сидя и даже не лёжа, — перечисляет некоторые позиции. — А как сможет, так я повторю.
Повторить такое у неё навряд ли бы получилось. Для Брукс это действительно стало очень хорошим уроком, который она запомнит на всю свою оставшуюся жизнь, до самой смерти. Верить незнакомцам опасно, чтобы они не говорили. Жаль, что голубоглазая не поняла это чуть раньше. Тогда, возможно бы, она сейчас здесь не лежала и не корчилась от невыносимой боли.