— Вот сука, — кареглазая явно не стесняется столь резких слов. — И что ты будешь делать?
— Я? — голубые глаза распахнулись, а рот чуть приоткрылся, демонстрируя своё удивление. — Ничего.
Конечно, при большом желании она, возможно, и смогла бы ей что-нибудь да сделать, но какой смысл? Ещё сильнее её разозлить и добавить самой себе проблем? Брукс максимум испортит Мэдисон настроение, когда та в свою очередь способна испортить ей жизнь.
— Как ничего? — теперь удивляется уже Чандлер. — Посмотри, что она сделала с тобой! — кивает ей куда-то в район живота. — И ты это просто так оставишь?!
— Да, — устало кивает. — Посмотри на меня сейчас, — пытается донести до девушки. — Я валяюсь здесь с двумя сломанными рёбрами и зашитой щекой, — напоминает. — Мне не нужные лишние проблемы.
— Знаешь, — недовольно качает головой из стороны в сторону. — От тебя я такого точно не ожидала, — печально усмехается. — Я думала, что у тебя есть хоть какая-то капля самоуважения, — отводит взгляд в сторону. — Но, видимо, я ошиблась. — тяжело вздыхает. — Если ты не дашь ей отпор сейчас, то эти её действия останутся безнаказанными и, следовательно, она продолжит этим промышлять. — отворачивается и направляется к выходу. — Это всего лишь дружеский совет, Брукс, к которому я бы тебе настоятельно рекомендовала прислушаться. — кидает напоследок.
То, что Мелисса раздавала голубоглазой «дружеские советы» было очень странно и неожиданно с её стороны. Такая девушка с виду могла показаться подружкой Мэдисон или даже ей второй, но никак не той, которая будет вот так помогать. Но тем не менее, её совет был действительно хорошим и исходил от самого сердца — это было видно. Но воспользоваться им и подписать себе чуть ли не смертный приговор Джессика не желала.
Выйдя за дверь, Чандлер тяжело вздохнула. Такой ответ уж точно не входил в её планы. Она была уверенна в том, что Брукс захочет отомстить тому, из-за кого она и лежит сейчас на этой койке. Захочет сделать с Мэдисон всё то же самое, что она сделала с ней, отправив в соседнюю палату. Но шатенка ошиблась, ведь ничего такого у блондинки даже и в мыслях не было. Она действительно собиралась закрыть на это глаза. Закрыть глаза на два сломанных рёбра, шрам на щеке и отрезанные волосы. То, что голубоглазая не может или даже не хочет за себя постоять, Мелиссу совершенно не устраивало.
Ноги сами по себе пошли по уже знакомому маршруту. Возможно Джессика не одобрит такого поступка шатенки, но сейчас это было совершенно неважно. Важно найти человека, который сможет заставить Мэдисон ответить за то, что она сделала. И такого человека она знала. И также она была уверенна в том, что этот человек точно согласится ей помочь, ведь иначе бы она даже и не пошла к нему. Он согласится помочь и даже ничего не потребует в ответ. Но не потому, что просьба от неё, нет. Потому, что причина этой просьбы — Брукс.
Выйдя из больничного корпуса, у входа девушка встретилась со ждущим её охранником. Все заключённые, которые направлялись из тюрьмы сюда, были под строгим надзором персонала. Но из-за того, что Мелисса была в довольно тесных взаимоотношениях с Питерсоном, уговорить охранника подождать её внутри, а не идти вместе с ней прямиком в палату к блондинке не составило особого труда.
Подойдя к самой тюрьме и оставив охранника позади, шатенка направилась прямиком на третий этаж. Времени было около двенадцати, отработки и завтрак уже были позади, так что большинство заключённых находились в своих же камерах, отдыхая или просто отсыпаясь.
Спустя несколько минут перед её глазами показалась камера с еле видным номером «164». Входить без стука шатенка просто не имела права, иначе потом будет разгребать кучу последствий. Поэтому, сжав ладонь в кулак и поднеся её на уровень глаз, она постучала. Через несколько секунд дверь приоткрылась и оттуда показался парень.
— Чего тебе? — спрашивает, явно не желая ни выходить к ней, ни впускать её к себе.
Эти двое уже были знакомы, но впечатление друг о друге было не самым хорошим. Он считал её обычной шлюхой, которая смогла заинтересовать Питерсона и выбить себе место под его крылом. Она считала его придурком, не умеющим сдерживать собственную злость и ярость, в следствие чего происходили постоянные драки, на которые она иногда смотрела и думала: «Боже, что он вообще творит? Вообще что ли о последствиях не думает?», пока не узнала, что последствий у таких драк для него не бывает. Тогда-то уже появилось некое уважение, ведь не каждый заключённый сможет добиться того, чтобы весь персонал закрывал глаза на его драки и отвратительное поведение. Да и с Питерсоном он был в более-менее нормальных отношениях, поэтому не уважать его Мелисса просто не могла.