Лунный свет завораживающе освещает линию его сжатых челюстей и возмущенный взгляд его диких глаз. Я понимаю, что как только мы зайдем в номер, Куинн взорвется и начнется «Третья мировая» война.
Мы заворачиваем за угол и подходим к подъездным ступенькам мотеля, я хватаюсь за перила, стараясь остаться здесь. Куинн поднимается на одну ступеньку и останавливается, встретив мое сопротивление, я ни за что не сдвинусь с места. Мне страшно, что он может разорвать меня на две части, потому что я ни за что на свете не отцеплюсь от перил.
– Рэд... – говорит он сквозь стиснутые зубы, его дыхание опять становится яростным. – Пойдем или заброшу тебя на плечо и понесу, даже если ты будешь пинаться, кричать.
– Нет, – упорно стою я на своем, откидываюсь назад, чтобы добиться лучшего равновесия.
Он разворачивается, чтобы посмотреть на меня. Делает шаг ближе, Куинн устрашающе возвышается надо мной.
– Пойдем. Сейчас же, – он четко выделяет каждое слово. Его волосы полностью закрыли глаза.
– Нет, – вызывающе отвечаю я. – Только попробуй схватить меня, я...
Прежде чем успеваю закончить свой твердый ответ, его сильные руки подхватывают меня за талию, и я взлетаю над землей Южной Каролине, а потом на горизонте появляются лишь ноги Куинна.
– Отпусти меня! – безумно извиваясь, визжу я. Он поднимается по лестнице, полностью игнорируя тот факт, что несет меня словно пятилетку.
Руками Куинн держит меня за ноги, прямо рядом с моей задницей и когда я извиваюсь, пытаясь сползти с него, он шлепает меня по попе.
– Ой! Твою ма...
Не успеваю закончить фразу, потому что он резко распахивает дверь в наш номер, возможно даже сломав несколько петель. Кидает меня на кровать. Я как мячик подскакиваю и хватаюсь за матрас, чтобы не улететь лицом на грубый ковер. Бросаю в него взглядом молнии.
Он садится на кровать, а я тут же быстро встаю и сталкиваюсь с ним снова. Единственное, что отделяет нас это матрас, который совершенно меня не защитит, потому что Куинн все равно наброситься на меня.
– Ты самая невозможная женщина, которую я когда-либо встречал. И знаю, о чем говорю, ведь встречал много невыносимых женщин! – кричит он, поставив кулаки в боки.
– Ох, кто бы сомневался! – кричу я на него. – Уверена, что ты трахал большинство из них! Хотя нет, беру свои слова назад. Ты пошел более легким путем и использовал только тех, у кого уровень интеллекта размером с горошину!
Меня трясет от злости, смотрю на него и хочу, чтобы в руке у меня было нечто острое, чтобы бросить в его высокомерное лицо.
– Легким путем? Ты на самом деле так думаешь? – сердито вскрикивает Куинн, запуская от отчаяния руки за голову, на макушку. – То, что, черт возьми, я делаю здесь с тобой? – спрашивает он, его щеки вспыхивают от ярости.
Делаю шаг назад, потому что услышала, то о чем думала снова и снова последние два дня, словно ножом меня ударили по груди.
Гнев и разочарование вырывается из меня и не уверена, что уже могу остановиться.
– Никто тебя здесь не держит! Уходи! – кричу я, указывая на дверь. – Нам обоим ты сделаешь одолжение, уходи! Ты думаешь, я хочу быть здесь с тобой? Чтобы ты разгребал за меня все мое дерьмо? Ты?
Мое тело начинает дрожать от ярости, но при этом боюсь, что он действительно оставит меня, ведь я его не держу. Превратила его жизнь в ад.
Резкое выражение лица Куинн уходит, когда он видит, что я на грани истерики.
– Рэд, я не это имел ввиду ...
Но прерываю его.
Срываюсь с места и толкаю его обеими руками в твердую грудь так сильно, как только могу.
– Уходи! – реву я. – Убирайся! Оставь меня в покое! – снова толкаю его, но он не двигается с места.
Слезы, которые так долго сдерживала, вырываются наружу, они катятся по моим щекам, словно прожигая глаза. Больше не могу видеть Куинна, потому что не хочу утонуть в бесконечных слезах. Какое право я имею плакать, если Хэнк лежит где-то мертвым? Когда Тристан залечивает раны на больничной койке, которые должна была получить я.
Нет.
Даже не заметила, что упала на пол и всхлипываю до тех пор, пока не ощущаю мягкие поцелуи Куинна на лице, волосах, губах. Что бы ни случилось, он все равно пытается успокоить меня.
Но я этого не заслуживаю. Не заслуживаю утешения. Пытаюсь его оттолкнуть, но его сильные руки ни за что не отпустят меня, он крепче прижимает меня к своей груди.
– Нет, – кричу я, стараясь сопротивляться, но все равно у меня не получается. – Я этого не заслуживаю, – рыдаю я. Чувствую вкус соленых слез, которые попали мне на губы. – Не заслуживаю тебя, – кричу я. – Это я должна быть в больнице, а не Тристан. Или быть мертвой, а не Хэнк. И только я могу быть в бегах не ты.