– Ну, тогда, думай по-другому, Мия. Если внутреннее чутье говорит повернуть налево, поворачивай на право. И тогда удастся сбросить его со своего хвоста, – предлагает она решительным тоном.
– Ты права, Аби. Спасибо тебе, – хочу, чтобы этот разговор о моем отце уже закончился, а то от волнения все горло пересохло.
– Как Тристан? – спрашиваю я, желая сменить тему беседы.
– Он хорошо. Его выписали из больницы. Думаю, они с ним намучались, потому что пациент из него никудышный.
– Его выписали? – спрашиваю я. – Разве еще не слишком рано? Ты вроде говорила, что он пробудет там еще около недели, разве нет?
Куинн улыбается мне. Очевидно, он знает, что его брат такой же упрямый, как и он сам.
– Он хотел по-быстрее выйти из больницы и помочь вам. Он все знает, и хочет сделать хоть что-то, – говорит Табита. Слышу нотку беспокойства в ее голосе.
Без сомнений, она пыталась уговорить его не спешить, видя какую боль он испытывает. Помощь в первую очередь нужна ему самому.
– Он все знает? – спрашиваю я, прочистив горло.
– Да. Я рассказал ему. О, Господи, надеюсь все в порядке? – она думает, что сделала что-то не так.
– Да, конечно. Я только... – смущена и испугана, продолжаю. – Я ненавижу себя за то, что вам ребята приходится участвовать в этом беспорядке. Из-за меня вы увязли в этом.
– Мы пошли на это, потому что любим тебя и хотим, чтобы ты вернулась домой, – твердо говорит Табита. У меня на глазах наворачиваются слезы.
– Я тоже хочу вернуться домой, – отвечаю я, еле сдерживая порыв.
– Мия? – спрашивает Аби, когда я дальше не продолжаю.
– Прости, я здесь. Мне нужно идти. Не уверена, безопасен ли наш разговор по телефону.
– Хорошо, – отвечает она со вздохом.
– Аби, можешь оказать для меня услугу? – спрашиваю я.
– Конечно, – без промедления отвечает она.
– Ты увидишься завтра с Тристаном около четырех по вашему времени? – спрашиваю я, смотрю на улыбающегося Куинна.
– Да, конечно.
Это было трудно не заметить. Хочу спросить, что происходит там между ними, но не знаю как.
– Так вы... – неловкая пауза. Про себя говорю то, что хотела произнести вслух.
Но Аби все понимает. – Это было прекрасно.
Слеза скатывается по моей щеке, и Куинн мгновенно приближается ко мне и обнимает за талию.
– Будь осторожна, Мия, – шепчет Аби, и я слышу, как она тоже плачет.
– Да, буду, – громко втягиваю в нос воздух и вытираю его тыльной стороной ладони.
– Передай Куинну привет, надеюсь, он сделал то, что я ему предлагала, – говорит она, наполовину смеясь и фыркая.
Смеюсь, но все это звучит все равно грустно, потому что я все еще плачу.
Понимаю, что она имеет в виду наше свидание в Новом Орлеане, и так хочу поделиться с ней об этом. Я так отчаянно нуждаюсь в друге, который дал бы мне совет.
– Да, сделал, – отвечаю я, полностью сосредоточив внимание на его изумрудно-зеленых глазах.
Аби счастливо хлопает в ладоши. – Исходя из твоих слов, можно с уверенностью сказать, что вам было весело?
– Ты даже не поверишь насколько, – отвечаю я с ухмылкой, Куинн знает, что сейчас мы говорим о нем.
Аби снова хлопает в ладоши. – Мне не терпится услышать все подробности. Я скучаю по тебе, – грустно добавляет она.
– Я тоже скучаю по тебе,Табита, – тихо произношу я. – Мне нужно идти, – грустно добавляю, ненавижу себя за то, что приходится так резко обрывать разговор.
– Хорошо, поговорим завтра. Пока, Мия.
– Пока, Аби, – вешаю трубку, хочу разговаривать с ней часами напролет.
– Все в порядке? – спрашивает Куинн, когда я так и не выхожу из телефонной будки. Стою там, положив руку на телефон, в надежде остаться здесь навсегда.
Я просыпаюсь от ступора, выхожу наружу на прохладный ветерок.
– Итак, есть хорошие новости, Тристан выписался из больницы. Мне кажется, что он был настоящей занозой в заднице, поэтому они выписали его быстрее.
Куинн с облегчением вздыхает, его лицо сразу меняется, он запускает руку в волосы. – Это мой мальчик, – ухмыляется он. – Итак, плохие новости?
Закусываю губу. – Аби говорит, что мой отец всегда находится в шаге от нас.
– Черт, – говорит Куинн и обнимает меня за талию.
– Откуда он знает, где мы находимся? – с беспокойством в голосе спрашивает он.
– Потому что он знает меня, Куинн. Это не имеет значения, я его дочь, и он понимает, что я, в конце концов, все равно отправлюсь в Канаду, искать маму, – снова бормочу ему в грудь.
Этот факт расстраивает меня. Он знает все мои решения наперед, мое сердце ведет меня к матери.
– Значит, мы не поедем в Канаду. Вместо этого мы отправимся в Мексику. Выиграем время, – говорит он, отпуская меня из объятий.