Тем временем лес заканчивается, и в какой-то момент я просто оказываюсь посреди крошечной улицы очевидно маленького города, безо всякого перехода. У моей человеческой, так сказать, половинки есть часы, зачем-то выданные Снейпом, но взглянуть на них сейчас я не могу, поэтому в определении времени приходится ограничиваться одним: сейчас очень раннее утро.
Искать Гарри в такое время, наверное, бессмысленно, поэтому я просто бегу вперёд, ни о чём не думая. Так долго не было возможности, что теперь любая приносит только острое ощущение свободы. Даже если на время забыть, что свободой в этой ситуации пока и не пахнет. Однако, такие вещи здорово убивают время: на то, чтобы спокойно обойти весь город, обретая при этом шаг за шагом душевное равновесие, уходит несколько часов, и я будто просыпаюсь, увидев, что солнце уже встало. Прекрасно. Рассвет всегда можно считать хршо знаком. Забывшись, я начинаю с радостным лаем гоняться за птицами, и какая-то женщина неодобрительно косится в мою сторону. Наплевать. Я чувствую себя родившимся заново, несмотря на то, что проблем ещё очень много.
Возле дома, где сейчас живёт мальчик, я решаю пока не светиться и вообще сразу своё присутствие не выдавать — поэтому полдня бегаю по городку, валяюсь в лужах, пугаю людей и вообще веду себя максимально глупо и беспечно. Самые простые решения обычно работают лучше всего. Так меня запомнит большинство жителей, и потом можно будет почти не беспокоиться насчёт разговоров в духе «рядом с мальчиком, которого хорошо охраняют, из ниоткуда появилось незнакомое животное». Всё-таки про существование анимагии авроры точно знают.
Кстати об охране. Снейп сказал, что к городу планировалось стянуть чуть ли не половину Аврората — зачем, интересно, неужели есть поводы? — но я ничего подозрительного не заметил. То ли они ещё не успели это сделать, то ли просто маскируются так, что даже моя паранойя ничего мне не подсказывает. Впрочем, скорее, второе. Мальчик же жил в этом городе с детстве, большое количество незнакомых лиц его если и не напугает, то точно насторожит.
Интересно, как он сейчас. Даже если бы этот пацан не был мне дорог, наверное, я бы всё равно беспокоился. Вся эта ситуация в корне несправедлива, ему сейчас всего тринадцать лет, и даже если бы он не был так или иначе известен всему магическому миру — что за ублюдок мог придумать такой план? Впрочем, я подозреваю, что Гарри здесь только удачно подвернувшийся инструмент давления. Но вот на кого и зачем — пока не понимаю.
/_/
Рано или поздно — скорее, рано — день подходит к концу. Закат я встречаю, валяясь под кустом через тропинку от дома Дурслей. Хорошо хоть Снейп адрес сразу сказал, иначе я бы искал это место среди одинаковых таких же до морковкина заговенья. На улице тепло, трава довольно мягкая, а ещё отсюда отлично слышно, что говорят внутри дома; так что, можно сказать, я использую все имеющиеся возможности — и делом занимаюсь, и отдыхаю.
Впрочем, отдыхать выходит недолго: голос из окна весьма невежливо посылает мальчика выбросить мусор, и я сразу же поднимаюсь, чтобы заранее отбежать подальше. Нет, всё-таки мерзкий этот его дядюшка, с ума сойти. Я бы его покусал.
Гарри выходит из дома и не спеша направляется туда, куда ему сказали идти. Я бесшумно бегу следом, прячась то за невысокими заборчиками у газонов, то за кустами, то за машинами. Я не должен показываться ему на глаза — это не условие Обета, конечно, но Снейп настойчиво попросил пока себя не раскрывать вообще никому. Но это условие самое непростое из всех поставленных: я знаю, как бывает невероятно тяжело, когда ты думаешь, что у тебя совсем никого нет. И мальчик этого точно не заслужил — даже если учесть, что на самом деле это обманка, тактический ход, чтобы усыпить неподтвержденную бдительность Министерства. Это просто несправедливо.
Поэтому я собираюсь сделать именно то, что мне делать совершенно нельзя. Никто, кроме Снейпа, Ремуса и крысуна не знает, что я анимаг. С первым я связан Обетом, защищающим меня, второй наверняка даже не подумает, что я могу быть где-то здесь, а третий очень далеко и с ним можно будет разобраться потом — благо, с Министерством он никак не связан, даром что сам столько лет скрывается. А что касается самого Гарри — узнать меня мальчик не может в любом случае, он не помнил бы, даже будь его память в порядке, а теперь тем более.