Нонна вошла в приватную комнату в своём лаконичном блестящем платье с длинными рукавами на пояске. Волосы были интересно подкручены, темно-красная помада слишком увеличивала ее и без того чувственные губы.
Аркадий поцеловал Нонне руку, а она подарила ему улыбку.
– Как ты? – поинтересовался он, провожая ее к диванам.
– Прекрасно! А ты?
– Всё ещё пытаюсь привыкнуть к новой атмосфере.
– Тебе нелегко даётся участие в этом шоу, я ведь не ошибаюсь?
– Думаю, любому мужчине было бы сложно на моём месте. – Аркадий продолжал гладить ее тонкие пальчики один за другим. – А мои друзья утверждают, что я попал в рай.
Нонна кивнула, ее смуглого лица коснулась слабая улыбка.
– Чувствуется, что ты от всего этого не в восторге.
– Если бы не камеры, я рассказал бы тебе почему. Но увы, это должно остаться за кадром, – прошептал он, надеясь, что микрофоны не уловят его слов. – Расскажи мне о других участницах. Хочу послушать твой взгляд со стороны, – резко громко сказал он. – Из всех участниц я больше всего тебе доверяю.
– Не советую сильно доверять мне, – ничуть не смутилась Нонна. – Я довольно скрытный человек и одна из тех, кто может воткнуть нож в спину.
Брови Аркадия взлетели вверх.
– Вот это признание! Неожиданно.
– Стараюсь быть честной.
– И после этого как я могу не доверять тебе?
– Доверяй, но не сильно. А про участниц… Советую присмотреться к Асе, Тамаре и Ладе.
– Почему?
– Ася очень начитанный человек. Я слышала, что она ведёт книжный блог. Тебе будет о чём с ней поговорить.
– Не думаю, что мои познания в литературе так уж сильны… но я присмотрюсь. Кто там ещё?
– Тамара. Потому что она целеустремленная, прямолинейная и рассудительная. Ей тридцать и она уже член политической партии. Недурно, а?
Аркадий уже жалел, что будет завтракать с искусственной куклой, а не с умной и рассудительной женщиной. И почему он поторопился?
– Ещё я упомянула Ладу. Она гонщица…
Внезапно их прервали. Время в приватной комнате закончилось, хотя по ощущениям прошло не так много. Нонна с Аркадием попрощались, а спустя две минуты туда вошла Надежда. Ее сверкающие глаза и решительно сжатые челюсти делали ее похожей на разъярённую фурию.
– Ты идиот?! – крикнула она.
Аркадий отступил на шаг назад и застыл в недоумении.
– Зачем ты обсуждаешь с Нонной других участниц? Как ты вообще додумался спрашивать девушку, которая пришла бороться за тебя, к кому лучше присмотреться? – негодовала Надежда.
За ее спиной образовался Алекс Гилл. Он аккуратно взял ее за плечи и попытался успокоить. Аркадий нахмурился. Ему совсем не понравилось то, как Гилл касается его матери.
– Мне казалось, что я сам могу решать, о чем говорить со своими девушками. Если тебе что-то не нравится…
Надежда перебила его криком.
– Завтра шоу выйдет в эфир! Представляешь, что подумают зрители?
– Так вырежи всё, что тебе не по душе! – Аркадий тоже повысил голос. Алекс встал между ним и, раздвинув руки, удерживал их на расстоянии. – Раз я главный персонаж, то буду говорить, что захочу и с кем захочу. Ты получила Альбину? Радуйся! Рейтинги тебе обеспечены! Но имей в виду, что больше ты не будешь мной манипулировать. На следующей неделе я сам решу, кого вышвырнуть из шоу.
Надежда открыла рот, но Аркадий, забыв об уважении, отмахнулся от руки Гилла и вышел прочь.
Через минуту он находился в компании участниц, улыбался и пил шампанское. По совету Нонны он поговорил сначала с Тамарой, потом с Асей и Ладой. Сегодня он уделил внимание всем двадцати девяти участницам и был доволен собой.
7. Преображение
Утро понедельника началось с шума и лучезарных улыбок. Каждая девушка обнаружила на тумбочке букет любимых цветов с запиской. С раннего утра Аркадий подписал двадцать девять карточек от руки, в которых желал девушкам хорошего дня. С вечера он поручил Еве разобрать лотерейную чашу и заказать цветы, не забыв сказать, что Фаина должна вместо незабудок получить букет бордовых роз.