Тени надвигались, но парень без труда справлялся с ними. Вжух! Вжух! – свистел меч, рассекая тела.
Парень прорвался через первую группу теней и ринулся к Длинном Дому. Навстречу спешили ещё люди-тени. Они выбирались из подъездов, собирались в группы и устремлялись к нему, вытянув вперёд руки – будто жаждущие прикоснуться к нему.
«Кто они такие?» – продолжал задаваться вопросом юноша. – «Что им нужно от меня?»
Казалось, этим существам действительно было что-то от него нужно. Например, что если они – не живые, а от него исходит нечто, вроде «ощущения жизни», тепла живого, и именно к нему они и стремятся? Нечто подобное он слышал в детстве в сказках про живых мертвецов и призраков, которые преследуют живых потому, что жаждут заполучить их «тепло жизни».
Забавно: он вспомнил о том, что слышал такие сказки, однако не может вспомнить, кто ему эти сказки рассказывал, да и кто он сам такой…
Загадок, что преподносил этот странный мир, становилось всё больше. Но вместе они постепенно начинали складываться во что-то внятное: он потерял меч и оказался на далёком расстоянии от него, люди-тени, скорей всего, не живые и подобны призракам, и они стремятся к живым – таким, как он, и в этом мире обитают странные существа и присутствуют странные объекты: теневые сущности, существа из туши и акварели, сущности из бумаги.
«Это какой-то искусственный мир?! Почему всё завязано на туши, акварели, бумаге?!»
Он снова стал склоняться к мысли, что это загробный мир. Но тогда выходило, что и он сам – умер?! Мертвецы теряют память о своей прежней жизни и вечно бродят по мёртвому миру, как неприкаянные.
Но если он умер, тогда почему он чувствует себя вполне живым и не похож на теней? Разве он не должен быть таким же, как они?
Впрочем, может оказаться, что он умер совсем недавно, а люди-тени – это те, кто умер уже давно. Именно потому, что он умер недавно, он несёт в себе остатки жизни, а со временем он изменится и станет таким же, как люди-тени. Может ли быть так?
Может.
Но перспектива оказаться мёртвым, навечно застрявшим в мире смерти, его не радовала.
«Но в любом случае, сейчас не время для этих размышлений».
Разобравшись со всеми врагами на пути, он добежал до нужного подъезда и ворвался внутрь. И поспешил к квартире Прожоры.
Дверь была открыта. Юноша ворвался в квартиру и тут же столкнулся с её хозяином.
Прожора стоял посреди комнаты, возвышаясь огромной тушей, и он смотрел – хотя парень и не видел глаз на его теневом лице – прямо на вошедшего.
– Авыр-арру! – прорычал невнятно Прожора и ринулся на парня.
«Теперь всё будет по-другому», – улыбнулся парень, удобней перехватил меч и бросился навстречу.
Прожора махнул громадной рукой, и юноша скользнул вниз, уходя с линии удара. Проносясь мимо Прожоры, он махнул мечом и рассёк врагу плоть на боку.
– Эбэ-э-эр! – обиженно взревел Прожора.
Он развернулся, но юноша был быстр и уже успел скользнуть в сторону, вновь оказавшись за спиной врага. Прожора начал крутиться, пытаясь поймать парня, но тот двигался достаточно быстро и постоянно оказывался за спиной.
Взмах мечом! Ещё один! Удар! Укол! – юноша резал и колол жирную тушу Прожоры в спину и в бока, и громила болезненно ревел и бесился – но поделать ничего не мог.
Силы постепенно покидали Прожору, и движения его становились всё более медленными и неуклюжими.
Ещё несколько рассечений мечом, и Прожора упал на колени.
Парень встал над ним, замахнулся и со всей силы рубанул по шее. Нет, голову он не снёс – «с одного взмаха», как про это говорят в сказках про воинов – но порядочно рассёк горло, достаточно для того, чтобы раненный таким образом скончался. Прожора, дико ревя и булькая чем-то в горле (крови у теней не было, так что вся ситуация с их ранениями казалась слегка сумасшедшей – тени хватались за раны и пытались остановить кровь, которой и не было), свалился на пол и задёргался в конвульсиях. Вскоре он застыл и больше не двигался.
Прожора умер.
Юноша, ещё когда приближался к Длинному Дому, заметил, что после смерти тени исчезают. Все, кого он порубил мечом, исчезали, растворялись, будто их никогда и не было, развеивались, как дым, как пыль. То же произошло и с Прожорой – массивный труп пролежал несколько мгновений на полу, а потом начал растворяться и рассыпаться, тучу «теневых» крупиц, песчинок подхватывал странный ветер, которого юноша вовсе не ощущал, и уносил прочь, развеивая в пространстве вокруг. Несколько секунд – и Прожора исчез.