Ложка подхватывала какие-то предметы на пути – кусочек сыра, лепесток цветка, кубик сахара – и несла тарелке в дар, но та лишь отшвыривала подарок прочь и вновь поворачивалась к ложке спиной.
Эта сценка длилась некоторое время, и всем магам было весело – даже Архимаг счастливо смеялся, наблюдая за происходящим. Но вот в одночасье всё изменилось.
Ложка, продолжая страдать от несчастной любви, начала беситься и сходить с ума. Она стала скакать по столам, как сумасшедшая, на огромной скорости она заметалась туда-сюда, врезаясь со всей силы в столешницы и оставляя в них трещины. Она врезалась в посуду и разбивала чашки и тарелки – однако, свою возлюбленную-тарелку она, конечно же, не трогала.
Маги за столами перепугались. Такие быстрые скачки ложки по столам и погром, который она устроила, заставили всех забеспокоиться о собственной безопасности. Многие вскочили из-за стола, другие громко заохали и вскинули руки, прикрывая лица от возможной атаки.
– Прекратите это! – вскрикнул один из магов. – Сейчас же остановите эксперимент!
Он попробовал применить заклинание к ложке, но оно не остановило сумасшедший столовый прибор. Маг чертыхнулся и попробовал ещё раз – но снова заклинание не возымело эффекта.
К нему присоединились другие маги – один за другим присутствующие вскидывали руки, направляя их на ложку, и произносили заклинания – но ложке было хоть бы что, никто не мог её остановить.
– Какого чёрта! – взревел один маг и с раскрасневшимся лицом свирепо уставился на Таэлию. – Почему мы не можем прекратить этот твой цирк?!
Таэлия сладко улыбнулась, взяла с блюда перед собой клубнику, откусила немного, затем, прожевав, спокойно проговорила:
– Моя «новая магия» – сильнее всего, что вы знаете и умеете. Она превосходит нынешнюю магическую теорию во всём. Вам не справиться с магическими эффектами, сотворёнными мною.
Маги не желали соглашаться и не прекращали попыток остановить ложку. Но сумасшедшая ложка продолжала скакать по столам, разрушая посуду, разбивая бокалы, ломая вазы с цветами, и оставляя в столешнице царапины и трещины.
Маги принялись в спешке чертить тушью заклинания – но когда те оживали и набрасывались на ложку, они просто разбивались и рассыпались вдребезги, будто натыкались на защитный барьер. Маги оживляли бумажные фигурки и посылали их в атаку на ложку – но та разрезала их на части в прыжке, будто маленький летающий меч.
В конце концов Фолдор, встретившись взглядом с нахмурившимся Архимагом, взял Таэлию за руку и твёрдо проговорил:
– Достаточно, Таэлия. Прекрати это.
Он состроила скучающую гримасу, вздохнула, а затем хлопнула в ладоши и громко проговорила, обращаясь к ложке:
– Пора заканчивать спектакль!
Ложка перестала скакать. Она замерла на какое-то время, затем медленно, короткими прыжками, добралась до края стола.
Она обернулась и «взглянула» на свою возлюбленную тарелку, которая до сих пор стояла к ней «спиной». Хоть у ложки и не было лица и глаз, в её жестах отчётливо чувствовалась печаль.
Ложка изобразила, будто испускает тяжкий вздох, а затем бросилась с края стола. Выглядело всё так, будто она прыгает с обрыва, намереваясь покончить с собой из-за несчастной любви.
Ложка пролетела некоторое расстояние и упала на пол. Упав, она больше не двигалась.
Тарелка, повернувшаяся к ложке за мгновение до прыжка, задрожала, покрылась трещинами, а потом взорвалась, осыпая осколками всё вокруг.
В наступившей тишине Таэлия с довольным видом взирала на магов и отправляла в рот одну клубнику за другой.
Глава 7. Город
Парень и девушка, наконец, пересекли гигантский мост – на это ушло порядочно времени – и ступили на другой берег. Перед ними предстал город – довольно странный и, на первый взгляд, похоже, заброшенный. Отчасти он напоминал города, что были им знакомы (они могли припомнить, как выглядели города в их родном мире), но во многом и отличался.
Дома в этом городе имели странные прямоугольные формы, а крыши были вовсе не черепичные и в форме угла, «домиком», а ровные, прямые. Дороги, кажется, были мощёными – но чем? Это был вовсе не булыжник, дороги выглядели единым сплошным камнем без каких-либо прогалин. На обочинах стояли странные знаки на столбах, непонятно что означавшие. Также всюду можно было видеть огромное количество странных повозок, которыми был полон мост.
Дома в этом городе были настолько огромными, что дух захватывало и слегка пугало. В какой-то момент парень и девушка подумали, что в этих домах должны обитать великаны, и они двое оказались на их земле – как в сказке про Якоба и волшебный боб. Однако, приглядевшись и поняв, что даже в этих огромных, уходящих далеко вверх, практически в небо, домах имелись бесчисленные ряды окон, по размерам подходивших скорее существам нормального человеческого роста, они с облегчением отбросили мысли о великанах.