Мы проехали шоссе и остановились у металлической сетки ворот. Они выглядели холодно и недружелюбно, но то, что было внутри, будоражило куда сильнее.
Голд выпрыгнул наружу с завидной прытью. Он всегда был таким — невероятно шустрым, игривым и оптимистичным; и эти качества поражали меня ещё в детстве.
Они были неизменны на протяжении долгих лет, отчего делали гончего таким особенным.
Наблюдать за ним без умиления и щемящей ностальгии было невозможно. Им вторила схватка переплетённых рук, сжимающая рёбра в тисках. Лицо, разбередившее старые раны, улыбалось всклоченному затылку охранника, что пропускал нас внутрь.
Настас лопотал что-то, пока мы припарковывались у здания и выходили на промозглый ветер — но я его не слушала. В голове роились тысячи тысяч догадок и версий, и ни одна из них не давала успокоения.
Металлическая дверь скрипнула. Крепкие плечи и янтарные глаза ударили по глазам не хуже яркого полуденного солнца.
- Вы быстро, - женщина в чёрном камуфляже отступила, глядя на Настаса без всякого выражения. - За мной.
Мы проследовали вдоль длинного коридора с десятками однотипных дверей. Это не было самим моргом, лишь частным складом, где охотники прятали свои безделушки — отчасти те, что мы с братом радушно помогли им добыть. Самое веселье было за его пределами, под полом, в полумраке и холоде.
Ведь обычные патологоанатомы и гробовщики не поймут, если им привезут искорёженный труп наполовину обратившегося вервольфа.
- Эрак и остальные ждут вас.
Спуск вниз в практически полной тьме казался вечностью. Опираясь на узкие стены, я чувствовала, как облачка пара влагой прилипают к щекам и шее. Тяжёлая поступь Голда за спиной успокаивала, как бы странно это ни звучало.
- У тебя плечи дрожат.
Обернувшись через плечо, я сфокусировалась на сломанной горбинке.
- Заткнись.
- Расслабься, ты же со мной.
Он схватил меня за локоть, предотвращая столкновение с очередным металлическим препятствием. Беспокойство смешалось в наших глазах, превращаясь в липкую массу; обтекало со всех сторон, как паучий кокон.
- Дай мне последний шанс, - в горле пересохло так, что каждое слово давалось с трудом. - Я привезла что-то не то, и меня собираются накормить своими же порошками?
Настас фыркнул, не переставая загадочно улыбаться. И открыл чёртову дверь.
Она вела в святая святых подпольного морга: камеру хранения трупов и по совместительству секционный зал. За дальним столом уже производили очередное вскрытие: тошнотворный аромат был всюду. Зажав нос указательным и большим пальцами, я обернулась к другу, вскидывая брови.
Он пожал плечами. Ничего не скажет, ага. Хитрый жук — или очень преданный охотник.
- Хорошо, что вы здесь.
Эрак вышел из-за ширмы, стягивая латекс, как заразу. Перчатки полетели в урну, и я проследила их траекторию с ленивым беспокойством.
Затем перевела взгляд на мужчину, не менее сонного, чем я сама.
Взгляд мужчины бил по плечам и шее. Он ждал моего вопроса, который можно было и не задавать. Что я и делала, не отрывая глаз от распластанного тела.
Руки конвульсивно дёргались под грудью, мешая сделать полный вдох.
- Мы нашли кое-что любопытное, - старик не отличался терпением. Моё молчание разозлило его; видимо, гончий планировал не так начать своё утро. Ладонь сгребла воедино кусок брезента, пахнущего лекарствами и непонятного рода горечью, и отбросила в сторону.
Самообладание едва не ускакало прочь от увиденного. Судорожный вдох обратился кашлем, но я не отшатнулась, не зажмурилась. Просто смотрела на мертвеца, не в силах оторваться.
Это был молодой парнишка лет пятнадцати на вид, некогда красивый и худосочный. Его бледная кожа сейчас приобрела желтоватый оттенок, стянула пергаментом выпирающие челюстные линии и надбровную дугу; белесые локоны превратились в непонятное месиво; глаза были сомкнуты, а рот искорёжен в предсмертном крике.
Похоже, в последние мгновения жизни он не хотел видеть своего убийцу. Или уже рассмотрел…
И мечтал позабыть.
- Ещё один вампир?
Настас выскочил меж мной и трупом, щёлкая по запястью латексом перчатки. В ярком флюоресценте блеснул острый клык.
Кровь застыла внутри, превращая сосуды в корки льда. Облачко пара вырвалось одновременно со сдавленным смешком.
- Его нашли вчера у ограды, ведущей к западной части Орлеана, - я слышала хриплый голос сквозь дымку медленно приходящего осознания. - И похоже, несчастный пролежал там не меньше недели.