Он давно окоченел, но гниения не было. Неудивительно: для этого умершее тело должно кипеть жизнью, а вампиры таковыми являлись совсем на незначительный процент. Он будет долго обращаться в пепел, но мне не хотелось наблюдать за этим.
- Может, ты найдёшь ответ на наши вопросы, - Настас решил забрать инициативу в разговоре у наставника. Тот, в общем-то, не был против; его колкий взгляд продолжал шарить по мне, как сторожевой пёс.
Произнесённое было толчком в спину. Мы с братом хорошо разбирались в отравлениях и проклятиях — Гончие не единожды посещали наш дом для консультаций. Похоже, сегодня был один из случаев.
- Видела что-то подобное?
Сделав шаг вперёд, я наклонилась к трупу второй раз, теперь увереннее.
Настас предложил мне перчатки. Пришлось принять их и с отвращением натянуть на влажные от пота пальцы.
Всё это походило на бред, полный бред — я травница и курьер, а не закоренелый профессионал. Но я всё же делала это, делала сквозь стиснутые зубы, сжигаемая ненавистью к тому, кого стоило бы пожалеть.
Кожа под пальцами была тонкой, словно бумага, обвивая выпирающие кости. Настас медленно откидывал полог по мере моего продвижения по телу. Эрак в это время стоял, подобно изваянию, и испепелял меня взглядом.
- Ну что?
Я вздрогнула от резкого вопроса, и надавила слишком сильно. Раздался лёгкий хруст, и пальцы провалились внутри меж третьим и четвёртым ребром.
Голд сдавленно охнул и отшатнулся.
Отшатнулась и я, закрывая нос изгибом локтя. Едкая горечь была такой сильной, что защипало глаза, а во рту появился медный привкус.
- Святые угодники… - раздался шёпот одного из работников морга.
Я заметалась по комнате, как умалишённая, стараясь хоть немного уклониться от этого зловония. А потом выскочила за дверь, не в силах больше оставаться.
Прохлада коридора стала настоящим лучом света. Жадно глотая чистый воздух, я облокотилась на каменную стену.
Это невозможно. Обычные трупы так не пахнут.
Кроме…
Воспоминание ударило по подбородку, поддых, подкосило ноги.
Бездыханное тело на лестнице, изломанное, сухое. Кожа так же трескалась от давления рук, что пытались усадить его, но сила ребёнка никак не могла справиться с окоченением.
Рыдания невозможно было стереть из-за липких от странной жижи пальцев, которая сочилась из мест, где я ей хватала.
И всё, о чём я думала — лишь бы она очнулась. Хотя бы она…
- Я думал, организм охотников приспособлен к такого рода картинам. Вы ведь убиваете тварей пострашнее.
Едкий голос заставил меня обернуться.
Сердце замерло, но лишь затем, чтобы в порыве ярости утроить скорость.
- Вы!…
Вздохнув, Николас поднял с аккуратного носа прямоугольные очки. Его костюм был непривычно мятым, и пах еловыми ветвями.
- ...Я, мисс Янку. Нашли что-то, чем можете с нами поделиться?
Часть 7
Это уже было не смешно.
Меньше всего я хотела, чтобы кто-то посторонний увидел меня такой. Особенно - цепной пёс Совета.
Конечно, его присутствие здесь было не случайно. И не неожиданно, странно, что до омерзения выглаженные лацканы не появились раньше.
— Что вы тут делаете?! — тем не менее, воскликнула я, по-детски вытирая лицо от солёной влаги.
Вампир не произнёс ни звука, лишь пристально разглядывал. Словно пытался вскрыть на живую каждую клетку, обнажить все мысли и догадки. И чем дольше я молчала, тем больше становился груз его любопытства, давил на плечи и голову.
Гул в ушах, до этого невыносимый, испарился, и болезненно пульсирующее сердце пришли в норму.
— На вас лица нет.
Губы скривились: в таких, казалось, заботливых словах не было ни грамма тепла. Николас будто рассказал мне о том, что ел на завтрак…
От такого сравнения градус презрения подскочил.
— Весьма проницательно.
Мне следовало быть более сговорчивой, а не отвечать с такими язвительностью и холодом. Он был не просто очередным кровососом, с которым можно было огрызаться.
Не в этом случае. Сейчас за чуть сгорбленной спиной пряталась громадная тень, в перспективе имеющая власть стать моим палачом.
Вампир, впрочем, на мой яд никак не отреагировал. Лишь приподнял брови, непринуждённо переворачивая лист в своём блокноте, а потом вновь впился в меня своими дьявольски гипнотизирующими глазами.
— Нашли что-нибудь?
Взгляды от полуночников нервировали меня и прежде, но чтобы так сильно — никогда. Скорее всего, дело в его должности.
В том, что он незнакомец.