Видя это, советник Виконт переживал за сирот, родители которых были для него близкими друзьями в, казалось, далёком прошлом.
-… Но именно они оказались в центре этого вопиющего скандала, - проигнорировав сказанное, продолжил старик. - Не странное ли совпадение? Учитывая, что произошло в семье девчонки…
По залу прошёл лёгкий гул, и тон варьировался от одобрительного до недовольного.
- Вряд ли бы она смогла расправиться со взрослой вампиршей, - мулатка, облаченная в синюю тунику джиннов, взмахнула рукой. - Для этого нужно иметь соответствующую подготовку, которой она не владеет.
- Но у неё есть брат, прошедший обучение, - девушка с платиновой косой, стоящая по правую сторону от кресла представителя вампиров, усмехнулась. - Они могли действовать заодно.
- Вы пытаетесь повесить на них все случаи, что происходят в городе, - Виконт повысил голос. - Это личная неприязнь, или желание убрать бельмо с глаза?
- Я ничего не утверждаю, - вампир поднял руки, с опаской глядя на протестующих. - Но мы не можем оставить без внимания это факт. Они могут быть подозреваемыми. Вам придётся принять это.
Часть 3
- Ты станешь полноценным охотником, братец?
Олеандр, совсем юный, но уже такой повзрослевший, смотрел на меня с улыбкой. Он гордился тем, что мог защитить сестрёнку, которой ещё не пришло время стать Гончей.
- Скоро и ты станешь, и будешь носить черный камуфляж.
- Скорее бы! - в тонком, детском голосе промелькнула лёгкая зависть.
- Не спеши. Время ещё придёт.
Открыв глаза, я вгляделась в серую крошку потолка. Это был слишком реальный образ, не похожий на сон; но переместиться во времени на десяток лет назад я не могла. Так что вместо полумрака каморки в штабе гончих я лежала на диване, таком же старом и засаленном, как и вся наша скромная обитель.
Не помню уже, сколько времени мы провели в этой квартирке; сколько ночей я вот так спала в кухне-гостиной по совместительству, отдав некогда свою комнату под склад.
Конечно, спать в шаговой доступности от гудящего холодильника было совсем не здорово, но выбора не предоставлялось: лучше было хранить товары под замком, чем рядом с чайными пакетиками и банкой с рисом.
Тяжело вздохнув, я медленно села, чувствуя, как холодит паркет босые ступни.
Через приоткрытые шторы в комнату пробивался робкий луч восходящего огненного диска, а по ту сторону окна развернул своё грязное великолепие Пустой Квартал. Он находился на окраине города и был для нас удобен: так можно было не привлекать внимания и беспрепятственно заниматься торговлей и оборотом занимательных вещиц. Их была масса: ручные работы ведьм, артефакты, оружие - правда, всё это меркло по численности перед поставкой питания для вампиров.
Иногда к нам забредали любопытные смертные, в основном туристы; мы продавали им какой-нибудь защитный амулет, надеясь, что во время прогулки по ночному городу они не оставят его в чемодане или номере гостиницы.
Справа раздался тихий щелчок. Повернувшись к его источнику, я увидела, что дверь в склад приоткрыта.
На губах расцвела улыбка. Из-за деревянного прямоугольника раздавались тихие, едва различимые звуки, которые легко можно было принять за дыхание дома. Им вторил тихий голос, хриплый от недосыпа и старания. Сколько он просидел вот так? Прилёг ли хотя бы ненадолго? А ведь меня напоил чаем и уложил, обещая не задерживаться.
В последнее время Олеандру было тяжелее обычного. Заказы лились рекой, а я, не заинтересованная в том, чтобы копаться в том, что привозили старые вервольфы и водяницы, взяла на себя роль скромного курьера. Брат заведовал всем — и тем больше мне хотелось позаботиться о нём.
Поднявшись на ноги, я в полной мере ощутила последствия вчерашнего. Всё тело пронизывала слабость, кости ломило так, что защипало глаза; это какая же сила вчера придавила меня к земле?
А центр сплошной болевой точки, казалось, сосредоточился под правой лопаткой, практически на пояснице. Кожа там пульсировала болью и жаром, то скручивая меня в спираль, то позволяя вдохнуть полной грудью.
Это напрягло меня, но совсем ненадолго: не единождый случай. Сделаю инъекцию - и боль пройдёт.
А вот состояние брата заботило гораздо сильнее.
Залив чашки кипяком из подержанного электрического чайника, я добавила в одну из них палочку корицы, а в другую — молоко и лимон. Хотелось прокрасться к Олеандру незамеченной, чтобы устроить сюрприз. Он любил такие проявления заботы, особенно сопровождаемые дивным ароматом кофе.