Она всегда была неряхой.
Любовь к тому, чтобы лечь позднее, проваляться подольше и не суметь грамотно рассчитать собственное время, зачастую приводили её к проблемам. Тяга к красивой и нерасторопной жизни была сильнее любых педагогов, боссов и важных дел. Даже сейчас Алёна подходила к главному офису компании шагом полным достоинства и уверенности в собственных силах.
-Привет, стрекоза.
Какой-то лохматый оператор с камерой наперевес пролетел мимо неё со скоростью цунами. Кажется, его звали Дима, или все-таки Никита?
-Притормози малость, - Алёна успела ухватить его за воротник, -Два вопроса: почему я стрекоза и что сейчас творится у главреда?
Лохматый оператор расплылся в обворожительной улыбке и, ловко обхватив её за талию, поволок в сторону.
«Наглец!» - вспыхнув подумала журналистка, но его решительность заводила с половины оборота.
-Ты ещё не видела видео? –удивлённо спросил он, извлекая из кармана мобильник.
Алёна закатила глаза. Ну да, конечно, видео. Компромат. Она засветилась на какой-нибудь камере и теперь её точно уволят.
-И что на видео?
Дима воровато огляделся и снова улыбнулся. Нет, Никита ему идёт больше. Почему она не обращала на него внимание раньше?
-Смотри сама.
Её тайные поклонники постарались на славу. Им не составило труда склеить видео с разных камер и подарить ей целый фильм. Ну да, она ведь на телекомпании, чему удивляться.
Сначала барная стойка была показана с камеры видеонаблюдения. Вот она берёт эту высоту штурмом с разбегу, из-под её каблуков в разные стороны летят дорогущие бутылки с алкоголем. Она стягивает с себя юбку и блузку, начинает размахивать ими в воздухе на манер флага.
Алёна почувствовала, как ей становится жарко.
Картинка сменилась и теперь её снимают из первого ряда толпы. Одежда по-прежнему крутится в руке, но теперь в видео гремит ещё и музыка. Какой-то модный современный рэпер поет про девушку-стрекозу, которая летает по клубам и прожигает деньги своих папиков.
Толпа ревет и требует продолжения. Блузка и юбка улетают куда-то в зал, а её руки тянутся к остаткам одежды.
Неплохой компромат, подумала Алёна и улыбнулась оператору. Вчера за разбитый алкоголь она отдала почти всю свою зарплату. Из бара журналистка вышла без штанов, в прямом и переносном смысле.
-Да, малыш, это я.
Никита кивнул и убрал телефон обратно в карман.
-Это видео было на всех компах в офисе ещё утром. Главный в курсе. Думаю, тебе звиздец, но ты зайди к нему, может быть он выпишет премию на новую одежду, мало ли.
-Очень смешно, - фыркнула Алёна и пошла прочь.
Она активно соображала и думала, что делать, если вдруг её попрут и с этой работы. Пожалуй, придётся примерить на себя образ героини той песни и действительно найти папика.
-Эй, стрекоза, -окликнул её сзади всё тот же голос.
Ну или хотя бы взять этого лохматого красавчика. Штаны на нём, конечно, далеко не новые и рубашка потёрта от повседневной носки, однако он сможет подарить ей несколько прекрасных ночей.
-Ну что ещё? –остановилась она.
-Зачётные у тебя сиськи, -Никита вновь продемонстрировал ей улыбку голливудской звезды.
***
Секретарша в приёмной долго изучала её и в конце концов выдала вымученную улыбку.
-Проходите, Павел Аркадьевич вас ожидает.
Главред, высокий тучный мужчина, сидел в широком кожаном кресле, которое одновременно служило и рабочим местом, и гоночным болидом, на котором Пал Кадич любил рассекать по кабинету.
Этим он занимался и сейчас, параллельно разговаривая по телефону, провод от которого натянутой змеей протянулся за ним на всю ширину его кабинета.
-Я перезвоню, -сказал он в трубку, когда Алёна вошла.
Они смотрели друг на друга молча. Журналистка затравленно, ожидая разгрома и плохих слов, редактор выжидающе. За время работы здесь Алёна так и не смогла до конца изучить натуру Пашкова. Глаза Павла Аркадьевича улыбались всегда и за ними могло скрываться все что угодно.
«Сейчас он покажет мне видео и скажет, что с такими достоинствами нужно работать не на телевидении» - думала Алёна, переминаясь с ноги на ногу.
-Ну что, Ковалева, сегодня хороший день для тебя, - главред поднялся с кресла, и тень от его огромной фигуры накрыла журналистку полностью.
«Наряд для таких дней остался в баре вместе с зарплатой» - едва не сказала она вслух.
-Ты едешь в командировку.
-Что!?
Ковалева поздно сообразила, что выкрикнула это слово. Великан внимательно смотрел на неё, и в его глазах была почти отеческая забота.
-Ты здорова?
-Да… Да, я в норме. Просто… -начала мямлить она.
-Тебе что-нибудь известно о деревне Кисловке?