Он откинулся назад, расставив ноги так, что его член отчетливо проступил сквозь шорты. Его взгляд медленно скользнул по мне сверху вниз.
— Быстрый стриптиз на выбор. Какую часть тела покажешь – решать тебе.
— Маркус, — предостерегающе сказала я, чувствуя, как по венам разливается жар. Почему этот парень был таким раздражающим? И увлекательным. Я проигнорировала внутренний голос. — У нас нет на это времени.
— Тогда поторопись, детка, — он дернул подбородком, бросая мне вызов.
Не успела я опомниться, как мои руки уже лежали на подоле юбки. Я приподняла ее с одного бока, обнажив бедро. Раньше я, возможно, заколебалась бы при мысли показать свою самую нелюбимую часть тела. У меня с бедрами была долгая и сложная история: порой они казались врагами, но в последнее время это чувство отступило.
— Еще выше. Я хочу видеть кружево, — потребовал он.
Проглотив тугой комок желания, я подчинилась.
Он закрыл глаза, откинул голову назад, словно смакуя что-то особенно вкусное, и затем кивнул.
В верхней части аудитории раздался стук, и вошли первые студенты. Они громко болтали, расходясь по местам. Я расправила юбку и отвернулась, чтобы скрыть пылающие щеки.
Когда я обернулась, класс был полностью заполнен, а Маркус сидел по центру, прямо перед моим столом, его темные глаза сверкали весельем. Я прочистила горло, пытаясь привлечь внимание студентов.
Но разговоры почти не стихли, все продолжали болтали.
Громкий свист прорезал шум и заставил класс резко замолчать.
Маркус убрал пальцы изо рта и кивнул мне.
— Мы в Вашем распоряжении, профессор, — лукаво ухмыльнулся он.
До конца семестра предстояло два долгих месяца.
— Так в чем важность сегодняшнего матча? Он же не решающий, — спросила я, выходя из машины Кенны на парковке у ледовой арены.
Здесь уже было довольно людно, но несколько мест для сотрудников еще оставались. Кенна без проблем бросила свой пропуск на приборную панель и заняла одно из них.
Стадион «Геллионов» сиял огнями в вечерней темноте. Вереница машин тянулась, пока водители пытались найти место, а толпы фанатов двигались в направлении входа.
Мы перешли дорогу, и нам просигналил клаксон. Я оглянулась через плечо. Водитель автобуса команды гостей нетерпеливо ждал, пока мы дойдем до тротуара.
Кенна пренебрежительно махнула рукой в сторону автобуса и закатила глаза.
— Вот почему этот матч такой важный. «Рапторы». Между командами давняя вражда, и ходят слухи, что два ведущих игрока, Броуди и Каллахан Синклеры, рассматривают переход в УХХ. Их отец – крупный инвестор, и он просто помешан на хоккее.
— Они сегодня играют?
Кенна кивнула.
— Да, а когда они играют, это всегда грандиозное событие. Единственные игроки во всей лиге, которые могут сравниться с их харизмой, – это наши Ледяные Боги.
— То есть они хороши?
— Как я уже сказала… только Ледяным Богам под силу тягаться с ними.
Очередь медленно продвигалась вверх по лестнице к стеклянным дверям наверху.
Кенна фыркнула и вытянула шею, чтобы выглянуть поверх голов.
— К черту это. За мной, я знаю другой вход, — сказала она и схватила меня за руку. — Ты надела под куртку тот джерси, что я тебе дала?
Я кивнула. Она принесла мне джерси «Геллионов» со случайным номером на игру.
— Хорошо, со всеми этими студентами и персоналом из Нью-Йорка мы должны достойно выглядеть... В прошлом году я встречалась с помощником их тренера, и он кинул меня, когда узнал, что я работаю здесь, так что, сама понимаешь… мы должны выиграть.
— Понимаю.
Пожарный выход был приоткрыт и зафиксирован дорожным конусом. Кенна толкнула дверь и уверенно вошла внутрь, снимая пальто.
Я последовала ее примеру.
— Нам вообще можно здесь находиться?
Мы оказались на нижнем этаже здания, в зоне, где я раньше никогда не была. Здесь были раздевалки и кабинеты тренеров, а также тренажерный зал и несколько конференц-залов. Мы прошли по коридору. Дверь раздевалки открылась, и оттуда вывалились игроки в форме «Геллионов».
Кто-то громко свистнул.
— Отлично выглядишь, Кенна!
— Эй, на ней мой номер, — крикнул кто-то другой.
Кенна улыбнулась, откинула волосы через плечо и бросила дерзкую улыбку в сторону игроков, которые все еще выходили из раздевалки.
— Похоже, у тебя тут есть несколько поклонников, — сказала я ей.
Она закатила глаза.
— Я тебя прошу. Эти парни флиртуют, как дышат.
— А ты когда-нибудь, ну знаешь… была с кем-то из них?
Она вздохнула.
— Я развлекалась с парочкой старшекурсников, когда была новенькой и не знала, что из себя представляют хоккеисты. Глупо, да? Кто бы мог подумать? Но сейчас я усвоила урок. Хоккеисты – для удовольствия, а не для серьезных отношений.
Я была занята тем, что завязывала куртку вокруг талии и улыбалась комментарию Кенны, когда врезалась в стену.
Нет. Не в стену.
В грудь... невероятно широкую грудь. Я отскочила с резким вздохом и уставилась вверх.
Передо мной стоял Маркус, одетый в толстовку и спортивные штаны. В одной руке он держал клюшку, а в другой – огромную спортивную сумку. Такую же, как я украла из «Кулака». Один вид этой сумки вызывал у меня чувство вины, особенно теперь, когда я познакомилась с Коулом и парочкой «Гончих».
— Ну и ну, что моя милая преподавательница музыки делает в туннеле? Заблудилась или ищешь кого-то?
— Мы пришли посмотреть, как вы надерете задницы «Рапторам», так что постарайтесь нас не подвести, — сказала Кенна и ахнула, прячась за моей спиной. — Черт, вот тот парень!
— Беги! Я прикрою тебя, — сказала я ей.
Она рванула к лестнице перед нами и исчезла наверху, как раз в тот момент, когда в другом конце коридора показалась команда соперников.
— Я лучше пойду. Удачной игры, — быстро сказала я Маркусу и сделала шаг, чтобы обойти его.
Его рука метнулась вперед.
— Не так быстро.
Я открыла рот, чтобы спросить, в чем дело, но не успела произнести ни слова, как он затащил меня в узкий коридор слева от нас, с рядами шкафчиков вдоль одной стены и кладовкой в конце.
— Что? — возмутилась я. Моя спина ударилась о стену.
— Думаешь, я позволю тебе смотреть мою игру в этом? — спросил Маркус.
Я сморщила нос, пытаясь понять, к чему он клонит.
— Ты имеешь что-то против джинсов?
— Хорошая попытка, Ари. На тебе номер Андерсона. А так как я не горю желанием убивать лучшего друга, тебе придется переодеться – и пока будешь это делать, объясни, почему ты вообще решила, что надеть чужой номер – это хорошая идея. На твоей спине должно быть написано только одно имя, детка. Моё.
Я оттолкнула его, пытаясь набрать воздуха в легкие. Он был слишком близко, высокий и такой чертовски сексуальный в своей форме.
— Кенна дала мне его. Это неважно, — твердо ответила я.
Но он уже рылся в своей спортивной сумке.
— Для меня важно. Хочешь выбить меня из колеи прямо перед важной игрой? — он вытащил запасной джерси и сунул мне. Потом встал рядом и начал раздевать меня, вытаскивая мои руки из формы Андерсона.
— Это просто джерси, — указала я.
— Хмм. На твоем, откровенно говоря, потрясающем теле должно быть только мое имя. Больше ничье.
Маркус стянул джерси через мою голову, и я позволила ему это. Мы были всего в нескольких метрах от оживленного коридора, и нас могли обнаружить в любую секунду… но, кажется, всякий раз, когда я была с Маркусом, я не могла себя контролировать.
Он не спеша надел на меня свой джерси, его руки на мгновение накрыли мою грудь, большие пальцы провели по соскам, которые моментально напряглись под кружевом.
— А чтобы ты не забывала об этом, сюда бы отлично подошла милая татуировка, — пробормотал он мягко.
Его палец очертил линию на вдоль моей груди, прямо над сердцем.
— Можно набить «Девушка Маркуса» или... «Малышка Бэйли».
По идее, меня должен был раздражать его насмешливый тон, но сейчас я уже слишком хорошо знала Маркуса – за его дразнящими словами скрывалось больше искренних чувств, чем я когда-либо слышала от мужчины.