Моя именинница и профессор Стрейтон дошли до старой развалюхи на парковке и остановились. Надеюсь, это не ее чертова тачка. Казалось, она могла развалиться или загореться в любую секунду… а может, и то, и другое.
Они разговаривали, но я был слишком далеко, чтобы расслышать. Арианна рассмеялась, смех разнесся по стоянке, и во мне вспыхнула горячая, непрошеная ярость.
Это был приятный звук, красивый… тот, которым я наслаждался в пятницу вечером. Но тогда я был тем, кто заставлял ее смеяться.
А теперь этот кобель с кафедры литературы вообразил, что сможет снять трусики с новенькой преподавательницы в ее первый же день. Ему придется убедиться в обратном. Профессор Казанова имел определенную славу. Он не только был объектом влажных снов своих студенток, но и регулярно крутил с ними романы. Ему было чуть за сорок, так что любопытно, что подумала бы Арианна о такой разнице в возрасте. Я обязательно просвещу ее, раз уж она так озабочена подобными вопросами.
Ублюдок с кафедры литературы жестикулировал и доставал телефон из кармана. Он давал ей свой номер.
Ладно, не проблема, его ведь легко удалить.
Зря он возлагал надежды. Пустая трата времени. Она не будет ему писать, а если от меня что-то зависело – то и разговаривать с ним тоже.
Мой собственный телефон завибрировал в кармане. Я наблюдал за тем, как они болтают, чувствуя, как внутри поднимается что-то темное и тяжелое.
Я ответил через шлем, и голос старшего брата прогремел в ухе:
— Маркус, я же сказал, что нам нужно поговорить. Где ты, черт возьми?
— На тренировке, — отрезал я.
— Ну так уходи. Я жду в «Кулаке». Ты не можешь вечно отнекиваться. Приезжай. Сейчас же.
— Я не долбаный Гончий, Коул, ты не можешь просто свистнуть, и я прибегу.
— Маркус, я не шучу. Приезжай немедленно – это важно.
Что-то в голосе брата говорило, что он серьезен. Ублюдок. Прощай, шанс проследить за моей именинницей и узнать ее адрес.
В следующий раз, профессор, в следующий раз.
Я опустил визор, завел мотоцикл и рванул с места.
Скоро увидимся.
9.Арианна
Как и следовало ожидать, в «Ночной сове» меня снова ждала бессонница. Кошмары о копах, пришедших арестовать меня, и, что хуже всего, о призраках прошлого, не давали покоя. В конце концов я сдалась, села у окна, надела наушники и включила старый плеер, который прихватила в странствиях. Мой дешевый телефон не тянул музыкальные приложения – только звонки и сообщения.
Я изводила себя мыслями о Маркусе и о том, что произошло. Как я могла быть такой безрассудной? Мой порыв к свободе и спонтанности стоил мне шанса на новое начало здесь.
Утро тянулось медленно, и я выпила литр кофе, чтобы хоть как-то привести мысли в порядок. Нервы были натянуты как струна – я была уверена, что стоило мне появиться в университете, как копы тут же схватят меня и отправят за решетку... или, на худой конец, декан уволит без выходного пособия за мое недостойное поведение.
Я заехала на стоянку за полчаса до начала занятий. Вокруг царила обманчивая тишина. Руки дрожали – то ли от кофеина, то ли от адреналина.
Я вошла в здание, где показала охране новый пропуск. Меня никто не остановил. Тогда я направилась к преподавательской, но замерла у двери, пытаясь взять себя в руки.
Да ладно, Ари. Это даже не преступление... просто ошибка. Повзрослей и двигайся дальше.
Лучше знать прямо сейчас, грозит ли мне провал репутации, чем томиться в неведении. Я подняла подбородок и толкнула дверь. В это время здесь было еще довольно тихо. Несколько преподавателей стояли у кофемашины, а Уэйд, профессор английской литературы, с которым я познакомилась вчера, махал мне у кулера с водой.
— Клянусь, я просто заскочил к вам на пути к гуманитарному факультету. Здесь лучший кофе. Значит, вчера мы тебя не спугнули, — пошутил он, подходя ближе.
Я напряженно кивнула:
— Нет. Я все еще здесь.
Пока что.
— Рад это слышать. Нам давно нужна свежая кровь, особенно на музыкальном... и молодой талант – именно то, что доктор прописал.
Я вопросительно приподняла бровь.
— Если думаешь, что мы не конкурируем за закрытыми дверьми, то ошибаешься. Здесь каждый сам за себя. — Уэйд ухмыльнулся и слегка покачнулся на пятках. Вчера он показался мне человеком, который любит слушать свой голос. Сегодня это подтвердилось.
— Ах, да, пожалуй, стоит смотреть в оба, — неуверенно пошутила я, мысленно умоляя его освободить путь к кофемашине. Дрожь потихоньку проходила, и теперь мне грозила опасность уснуть на ходу.
— Не беспокойся, я прикрою тебе спину, — сказал Уэйд.
Я замерла и развернулась к нему.
Он усмехнулся:
— Раз уж мы не конкуренты, конечно... разные факультеты.
— А, понятно. Спасибо, — пробормотала я. — Извини, я на секунду.
Я заметила свободное место у кофемашины и рванула к нему.
Уэйд все еще ждал меня, когда я вернулась за сумкой и пиджаком, но болтовня была последним, чего мне хотелось. Нужно было успокоиться и подготовиться к предстоящему дню, поскольку пока что, судя по всему, меня не уволили.
— Прости, мне нужно подготовиться к паре.
Уэйд приподнял бровь:
— Ах да, рвение новичка. Пусть удача сопутствует тебе!
Я кивнула и направилась к двери. Его старомодная. витиеватая манера речи казалась наигранной. Слишком уж напыщенно. Сегодня я точно не была в настроении для этого.
Дойдя до аудитории, я с облегчением заметила, что коридор до сих пор пуст. Слава Богу. Я зашла внутрь, включила свет локтем и аккуратно прикрыла дверь ногой, все еще держа в руках сумку и кружку с дымящимся кофе.
— Осторожнее, красавица. Так можно и обжечься.
Я вздрогнула, и кофе расплескался через край, обжигая пальцы. Тихо выругавшись, я поставила капающую кружку на стол, трясся обожженной рукой, и уставилась вниз.
Маркус сидел за моим столом, сбоку от преподавательской кафедры. Откинувшись на спинку стула и закинув ноги на стол, он был воплощением непринужденности.
Меня охватила тревога.
Маркус кивнул в сторону двери:
— Она запирается?
— Что? Я… не знаю… почему ты спрашиваешь? — я отступила в сторону и бросила нервный взгляд на дверь.
— Потому что тебе стоит запереть ее для этого разговора.
— Я… я не думаю, что это хорошая идея.
Маркус усмехнулся.
— Поверь, ты не захочешь, чтобы кто-нибудь застал нас врасплох. Я беспокоюсь о твоей репутации, профессор.
— Мистер Бэйли, — попыталась я звучать строго.
— Ты должна знать... мне чертовски нравится, когда ты называешь меня мистером Бэйли. — Он ухмыльнулся. — Скажи это еще раз.
Я судорожно сглотнула. Запирать дверь не хотелось, но у Маркуса были все чертовы козыри на руках, и мы оба это знали. Поэтому я потянулась назад и щелкнула замком. Звук поворачивающегося механизма прозвучал как выстрел.
Маркус махнул рукой, подзывая меня к себе.
Я спустилась по ступеням, снова дрожа от напряжения... или, может, это наконец подействовала десятая чашка кофе.
— Ну, и что все это значит? — спросила я сухо, остановившись перед ним.
— Ровно то, о чем ты вчера просила... мое решение, что я собираюсь с тобой делать. — Он медленно поднялся и потянулся, его черная футболка задралась, обнажая рельефный пресс.
Я отвела взгляд, скрестив руки на груди, изо всех сил стараясь казаться невозмутимой и равнодушной.
— Ты имеешь в виду свое решение относительно того, что я должна сделать, — сказала я.
Он цокнул языком.
— Ты всё время пытаешься меня поправить, именинница… но это не я здесь допустил ошибку. А ты, помнишь? Ты та, кто трахнулась со студентом.
Щеки запылали жаром. Я упрямо уставилась в точку на стене рядом с ним, отказываясь встречаться с ним взглядом. Я просто не могла заставить себя.