Спустившись в столовую, я увидела профиль Сергея, поглощающего жаркое из керамического горшочка.
- Я опоздала? – он посмотрел на часы, висящие на стене.
- Ты вовремя, присаживайся. Любишь дичь? – он перевёл взгляд на второй горшочек, явно дав понять, что это блюдо для меня и другого не будет.
- Да, конечно, - я улыбнулась и томно посмотрела на него. – Это жаркое из Лося?
- Из оленя, - он налил мне вино в бокал.
Блин, я сижу за столом с маньяком, убившим как минимум десяток своих жён. Меня он тоже, скорее всего, убьёт. А я готова расплакаться из-за оленя, которого мне предстоит съесть. Мысленно я ударила себя по щекам, села рядом с Вронским и положила в рот кусочек мяса.
- Так вы любите охотиться? Полагаю, это невероятно интересно!
- Да. Но этот олень явно не дичь. Гадость. И почему в ресторанах так отвратительно готовят?
- Согласна. Кстати, я потрясающе готовлю. Если сейчас вся прислуга в отпуске, могу заменить повара и приготовить ваше любимое блюдо.
- Ты серьёзно? Доширак мне заваришь? – он рассмеялся. – Не обижайся. Я закажу мидий, завтра привезут. Сможешь сделать домашний майонез и запечь их под сырной корочкой.
- Естественно, это моё коронное блюдо.
Что я несу! Отродясь ничего сложнее макарон с сосисками не готовила. Нет, он меня завтра точно убьёт, даже если не собирался. Или я его. Своей стряпнёй.
- Договорились. Мидии и пиццу с морепродуктами. Справишься? – он хитро посмотрел на меня.
- Конечно, - я улыбнулась, с трудом сдерживая дрожь в руках.
- Я должен сейчас уйти – работа не может ждать. Но завтра освобожу вечер для общения с тобой, - он опустил глаза и начал смотреть на вырез моего платья. – Оденься также. Мне очень... нравится твой образ.
- Спасибо.
Вронский встал из-за стола, поклонился и ушёл. Я, убедившись, что за мной никто не наблюдает, брезгливо отодвинула от себя блюдо, приготовленное из несчастного животного и начала грызть огурец. Вот зачем убивать красивых животных? Я не вегетарианка, но не понимаю экзотики. Свиньи и коровы лишатся радости жизни и материнства, если люди перестанут их разводить. А они перестанут, если никто не будет есть мясо. Но олени? Неужели не жалко убивать столь прекрасных созданий, ради приготовления посредственных блюд в дорогих ресторанах?