Она поднялась с кровати, на цыпочках приблизилась к двери и выглянула наружу. Рядом с треснувшим аппаратом стоял Джек с чашкой кофе в одной руке и бутербродом в другой, на его лице застыло раздраженное выражение.
— Боже мой, Джек! — проскрежетал мужской голос.
— Тебе спать нельзя по религиозным соображениям или ты просто считаешь, что раз ты бодрствуешь, то и все должны разлепить глаза?
Морган не хотела подслушивать, но Джек явно не пытался приглушить разговор. С кем, черт возьми, он разговаривает и почему? И парень прав: нормальные люди так рано не названивают.
— Дик, я вообще не спал этой ночью. Так что в любом случае ты отдохнул лучше, чем я. Хватит ныть.
— Ты у нас теперь в вампира превратился?
— Хочешь перерезать себе вены и предложить мне кровь в качестве закуски, чтобы выяснить это?
— Ах ты, язва. Мы сегодня явно не в духе. Слишком мало секса… или слишком много?
Морган почувствовала, как ее заливает краска стыда. «Пожалуйста, боже, сделай так, чтобы Джек позвонил другу не для того, чтобы посплетничать о своих победах на личном фронте». Такого оскорбления ее потрепанное самолюбие не переживет. Вот она, расплата за то, что пошла на поводу у своих фантазий и отбросила здравый смысл в пылу страсти. И это все, не включая тот факт, что ее оставили голой, потной и с чувством, что ею просто попользовались.
Джек прорычал:
— Кончай со мной заигрывать, вспомни, что мы партнеры по бизнесу. Я в своей хижине на болотах. Со мной женщина, которую преследует какой-то псих. Надо чтобы ты кое-что выяснил.
Морган облегченно выдохнула.
— Да ты что? Женщина с психом на хвосте? — переспросил Дик.
— И когда она стала клиенткой?
— Вчера, когда он начал в нее стрелять, при свете дня, на глазах у толпы. Я сидел в шаге от нее.
— Черт… Что ты уже знаешь?
Джек поделился информацией, которую выудил у Морган на рассвете. Всей информацией. Каждой деталью ее сексуальной жизни, хорошо еще об их эпизоде не упомянул. Морган почувствовала дикое унижение. И ярость. Боже, почему бы ему не поставить на шоссе рекламный щит, чтобы все узнали о том, какие глупости она совершила в прошлом.
А теперь в ее списке любовников есть и Джек. Что она натворила?
Джек повесил трубку после того, как пообещал выслать факсом последние снимки, сделанные преследователем. И начал ходить из угла в угол. Раз. Два. Потом посмотрел вверх на ее дверь, и даже сквозь узкую щель было видно, что он что-то задумал.
Морган кинулась обратно на кровать и зажмурила глаза, когда Коул направился в коридор.
— Merde, — рявкнул он и отвернулся.
Девушка не говорила по-французски, но все равно поняла — Джек сказал нечто, за что ее мама заставила бы вымыть рот с мылом.
Спустя миг опять послышались звуки набираемого номера и гудок. Еще один звонок? Он что, считает, что в это время никто не спит?
— Oui?
— Доброе утро, Grand-pere.
— И тебе, мальчик мой. Как там ta jolie fille?
— Ее зовут Морган, — еле сдерживаясь поправил Джек.
— И я уже говорил, она не моя.
— Может быть. А может быть и твоя. Время покажет. Под париком — рыжие волосы?
Джек запнулся. Брайс себе черт знает что навоображает, когда услышит о цвете волос Морган. Хотя не стоит придавать этому никакого значения.
«Тогда откуда это чувство общности, возникшее, когда ты погрузился в нее — такую влажную и горячую — по самые яйца? Откуда желание залезть ей под кожу и заполучить только для себя?»
Может, все дело в крышесносящем сексе и в том, что Морган что-то скрывает, а ему очень хочется узнать, что именно? Наверное, да. Либо это, либо… он сходит с ума.
— Я позвонил не для того, чтобы обсуждать волосы Морган.
— Но она рыжая, да? — прокаркал старик и рассмеялся.
— Grand-pere…
— Я же говорил. Вот только вчера говорил. Эти сны… они неспроста.
Старик не собирался сдаваться.
— Хорошо, да, она рыжая. Доволен?
— Tres bon, — самодовольно сказал Брайс.
— А сегодня ta jolie fille оделась получше?
— Вот поэтому я и звоню. Можешь привезти для нее что-нибудь из одежды шестого размера?
— Конечно. Только сначала пообедаю с твоей тетей Шери.
— Прекрасно. Что-нибудь теплое и практичное, Grand-pere. Только без сюрпризов.
— А с чего это ты волнуешься? Я привезу то, что надо.
Время шло. Морган опять приняла ванну. Побродила по комнате. Решила не завтракать. Джек оставался в своей комнате в конце коридора, где тоже маялся, слоняясь из угла в угол — Морган слышала тяжелые шаги.
Что его так беспокоит? Преследователь пока не объявился, Джек успел потрахаться. Если посмотреть с этой точки зрения ситуация просто беспроигрышная.