Грубо. Красочно. Безапелляционно. Его слова должны были послужить холодным душем, оскорбить. Ведь он думает о ней только как о сексуальном объекте. Но как бы не так.
Джек был олицетворением того, что ее разум всегда отвергал — самоуверенный, требовательный, непростой в общении. Но он так же воплощал в себе все фантазии девушки — страстный, неприрученный, решительно настроенный заполучить ее и заставить испытать наяву все тайные мечты, когда-либо возникавшие в ее возбужденном сознании.
Свежие трусики постигла участь предыдущих — они промокли насквозь. Клитор снова начал пульсировать.
Морган закрыла глаза. Пора положить этому конец. Или она поддастся соблазну. Девушка не была уверена, что сможет жить с последствиями такого решения и остаться в мире с самой собой.
— Джек, я собираюсь взять у тебя интервью для телепередачи о Теме. Я не должна выслушивать каждую мысль, появившуюся в твоем мрачном воображении. Если не можешь взять себя в руки, лучше отвези меня обратно к машине моего друга. Я… я вернусь в Хьюстон и…
— И будешь ждать, когда тот псих снова нападет на твой след? Изнасилует тебя? Пристрелит? Мы это уже обсуждали. Здесь, посреди болот, ты в большей безопасности, к тому же рядом телохранитель, а хижина оборудована самой лучшей охранной системой. Мой приятель Дик собирает информацию. Как только он закончит, мы сможем вычислить и прижать твоего «поклонника». До тех пор, думаю, тебе лучше оставаться здесь. Может, ты боишься секса больше, чем убийцу?
Проклятье, как не вовремя он прибег к помощи логики.
— Ну конечно нет, просто рядом с тобой я нервничаю.
— Не я заставляю тебя нервничать, а правда. Я всего лишь открываю тебе глаза на нее. Я хочу тебя. Ты хочешь меня. Все очень просто.
— Ты все слишком упрощаешь.
Джек схватил бутылку и начал глотать виски. Морган не могла оторвать восхищенного взгляда от его адамова яблока, двигающегося при каждом движении его горла.
Допив до дна, он поставил бутылку на стол.
— Ты не умеешь врать, cher. Твои глаза говорят — ты хочешь, чтобы тебя пристегнули наручниками, связали и оттрахали до потери пульса. И ты хочешь, чтобы это сделал именно я.
Пытаясь справиться с туманящим рассудок возбуждением, Морган тряхнула головой.
— Слушай, нам обоим хотелось унять зуд в одном месте, что мы и сделали. После чего ты сбежал от меня, словно я прокаженная. Только пятки сверкали. Если бы этого не сделал ты, прочь кинулась бы я. Между нами ничего нет.
— Думаешь? Деточка, то что случилось было значительным, — возразил Джек, пронизывая ее взглядом темных глаз, заставляющим вслушаться в его слова, попытаться понять.
— Если бы я не ушел, то отволок бы тебя в постель, привязал и не отпустил бы до тех пор, пока не поимел в каждую розовую дырочку твоего идеального тела, пока не нашел каждую чувствительную точку, пока не заставил сойти с ума от страсти.
Морган не сдержала стона. Это не должно ее возбуждать. Мысль о том, что он трогает ее, где ему заблагорассудится, требует сделать минет и — если она правильно поняла — настаивает на анальном сексе, не должна вызывать приятное волнение в теле. Любопытство и эротические фантазии это одно, а вот их воплощение в жизнь… Ну уж нет.
Но девушка не могла продолжать себя обманывать и делать вид, что не чувствует, как желание захлёстывает ее, опаляя жаром клитор и пробуждая боль в сосках.
К тому же, если она попытается вернуться в Хьюстон, ее скорее всего опять попытаются убить. И может даже успешно на этот раз.
Морган судорожно вздохнула. Настоящее проклятье оказаться наедине с мужчиной, способным доставить ей невероятное удовольствие, заставив признать и испытать каждую из порочных фантазий, от которых она всегда пыталась отрешиться. Черт побери, она боролась со своими темными желаниями, с тех пор, как Эндрю бросил ее. Морган не могла просто взять и раздвинуть ноги перед первым попавшимся доминантом… неважно, сколько радости это принесет ее только что пробудившемуся телу.
— Да, здесь я в большей безопасности, чем в Хьюстоне или Лос-Анджелесе. Я не дура и осознаю, что не смогу тягаться с мужчиной, которого не знаю и не понимаю.
— Но?..
— Я хочу, чтобы отношения между нами были исключительно платоническими. Мне надо взять у тебя интервью, ты обещал меня защитить. В наших должностных обязанностях нет пункта о безудержном сексе. Этим утром мы пересекли черту.
Джек придвинулся ближе. Так близко, что девушка почувствовала на губах его дыхание, пахнущее виски и приправами.