Но он не обнял меня. Папа обнял, и, может, поэтому я вижу в нем своего рыцаря.
Агнус другой. Я наблюдаю за его боковым профилем с легким вздохом. Я никогда не считала его отцом. Странно, понимаю. В конце концов, именно он заботился о нас с Ноксом в те годы, когда папа лежал в коме.
Он никогда не вел себя как отец. Он всегда был эффективен в выполнении своих задач, и на этом все.
С годами первоначальное восхищение росло. Не знаю, в какой момент я точно нахожусь, но все, что я знаю, это то, что мне нравится его молчаливая компания, и тот факт, что он никогда не улыбается и не проявляет эмоций, является плюсом.
Что? У всех разные вкусы.
— Спасибо, что забрал меня, Агнус.
Он просто кивает.
Почти без слов — еще одно из его качеств. Ох, я упоминала, что он папин попечитель и правая рука? Он тот, кто управлял папиной стальной империей, когда папа не мог. Он тот, кто помогает папе вернуть свое место в деловом мире теперь, когда он вернулся.
В Агнусе есть практически бесконечное количество положительных качеств.
— Нокс и Эльза будут за ужином? — спрашивает он, не отрывая глаз от дороги.
— Нокс с друзьями, а Эльза с Эйденом, так что предполагаю, что нет.
— Идеально.
Конечно, он нашел бы это идеальным. Они слишком шумят за столом, и хотя папу это забавляет, но не Агнуса.
Сегодня вечером мы будем только втроем, мирные и совершенные.
Мне также не нравится много энергии. Это портит чувства и истощает меня.
Как один придурок из прошлого. Не могу поверить, что повела себя так с девушкой, которая стояла на коленях у его ног.
Ну и что с того, что она отсосала у него? Это не мое дело.
Он пешка, просто чертова пешка.
Но иногда пешки могут перевернуть всю игру. Папа несколько раз выигрывал, просто используя свои пешки.
Я прогоняю эту мысль прочь.
Почему я позволяю этому ублюдку портить мое время наедине с Агнусом? Я снова изучаю его, его сильные руки и лицо.
Воспоминания о других руках, прикасающихся ко мне, ощупывающих меня и заманивающих в ловушку, врываются в разум.
Убирайся из моей головы, черт бы тебя побрал.
— Ты собираешься рассказать мне, что происходит?
Я вздрагиваю от вопроса Агнуса. Я была слишком поглощена своими фантазиями о Ронане и почти забыла о нем.
Так держать, Тил.
Я заправляю прядь волос за ухо, прекрасно зная, что через несколько секунд она будет выбита.
— О чем?
— Вся эта идея с помолвкой.
— Я же говорила — я просто пытаюсь помочь папе.
— Понятно.
Он знает, что я лгу, черт возьми. Не хочу, чтобы у Агнуса сложилось такое мнение обо мне, но в то же время я отказываюсь признаваться. Эта тайна последует за мной в могилу. Ни он, ни папа, ни Нокс не пострадают от этого.
Есть только я и тень на моем плече.
— Я действительно хочу помочь папе, и у меня может быть на уме что-то еще. Я просто хочу, чтобы ты мне доверял.
— Я подумаю об этом, если ты расскажешь мне, что происходит.
Он не пропускает ни секунды.
— Агнус, брось, у каждого должны быть свои секреты.
— Не тогда, когда это может навредить Итану.
— Я бы никогда не навредила.
Он коротко кивает, и вот так просто тема исчезает. Не сомневаюсь, что он будет копать за мной, а это значит, что мне нужно быть особенно осторожной в своих действиях.
Агнус абсолютно нетерпим ко всему, что может причинить вред отцу. Он чуть не отвернулся от Эльзы, когда она оказалась проблемой на пути отца к успеху.
Наверное, именно поэтому они двое на самом деле не ладят.
Мой телефон вибрирует от смс — Ронана.
Он прислал мою фотографию, которую сделал в клубе. Мои щеки пылают от позы, в котором я нахожусь — позы, в которой я никогда не была за всю свою жизнь. Покорная, смущенная... возбужденная. Его палец сжимает мой сосок, и я почти ощущаю прикосновение к своей пульсирующей груди.
Ронан: Раз уж ты испортила мне сеанс удовольствия, я подрочу на эту фотографию.
Образ того, как он обхватывает руками свой член и дрочит на мой снимок, заставляет желудок опуститься. Почему, черт возьми, это так на меня подействовало?
Я ненавижу мужскую мастурбацию, так почему я не ненавижу, когда он это делает?
Мой телефон вибрирует от другого сообщения.
Ронан:Тогда, может, я отправлю это Итану и моему дорогому отцу. Давай, покончи с этим, ma belle — моя красавица, и я обещаю тебе весь мир.
Ронан: Просто шучу. Я обещаю тебе боль.