Мысли остановились, когда он взглянул на одинокий хрустальный фужер, полный до краев, рядом – темная початая бутылка. Пить уже не хотелось, но душа желала забыться, Евгений резко схватил фужер и, преодолевая сомнения, влил в себя его содержимое.
Следом он опустошил еще один фужер вина, пил жадно, с наслаждением. Встал со стула и проковылял до комнаты, оглядел ее, ему не хватало воздуха, тошнота подступала к горлу. Вышел на балкон. Он стоял и глубоко дышал, стало легче. Как хорошо! Свежо! Евгения обдало холодным ноябрьским воздухом. Он боялся высоты, но к перилам подошел очень близко, нагнулся, уперевшись руками. Темнота под балконом манила его, он покачнулся, испугался, что упадет в бездну. Отшатнулся назад, выпрямился и, взяв себя в руки, подумал: «Что это было, попытка самоубийства? Непроизвольно или все же?..»
Немного отрезвев и придя в себя, он истерически засмеялся. Да, все бы ломали голову, зачем он, молодой и красивый, спрыгнул с балкона, и только один человек на планете знал бы истинную причину суицида. Ему стало смешно, обидно и стыдно. Нет! Так из-за Татьяны не стоит уходить, слишком много чести для этой сучки.
«Ее я заберу собой. Только как? А, да, у меня есть мой пистолет», – вспомнил он про оружие. «ПМ», который он всегда если не презирал, то относился к нему на «вы», вдруг для него стал родным и необходимым инструментом возмездия.
«Какой я нахрен следователь, если ни разу не пальнул из собственного пистолета, тем более – никого не убил.
Надо исправить ошибку», – рассуждал в пьяном угаре Евгений.
– Вот будет каша!
Он приосанился, прибодрился. Пошел на кухню, налил вина и выпил. Чувствовался прилив сил, он стал обдумывать план своих действий… пистолет, глушитель. Да, он будет стрелять и стреляться в доме, но только не у себя; надо у нее, у Татьяны.
«Приду с цветами, с красными, желтыми, белыми, море цветов… Но повод, какой повод? Как же – какой? Приду просить руку и сердце. Надо надеть костюм, парадный, синий с погонами. Может, не в нем? Нет! Нельзя портить честь мундира, это же не служебное дело. Тогда надо купить новый костюм якобы для свадьбы. Куплю, завтра куплю», – он призадумался, что упустил какую-то маленькую деталь, но не мог вспомнить – какую.
«А! Вспомнил, кольцо. Чем красивее и больше, тем лучше. Еще лучше – с камнем. Все должно выглядеть по-настоящему. Надо с бриллиантом. Пусть разорюсь, деньги мне уже не нужны. В последний путь надо уходить красиво».
Он представил, как заходит к Татьяне, бросает к ногам корзины с цветами, говорит красивую речь, что любит ее, обожает, жить не может. И просит ее выйти за него замуж, склоняется на колено, надевает ей кольцо. Она не знает, что ответить, смущается от подарка, от предложения. Но она любит подарки, это Евгений знал безошибочно. Потом она приходит в себя, восхищается подарком, но произносит роковое для нее слово: «Нет!», и еще не догадывается, что сама себе подписала смертный приговор.
Недолго думая, неожиданно для нее Евгений достает пистолет, медленно, показательно как в фильме, при виде жертвы насаживает на него глушитель. До нее доходит, что задумал Евгений, она пытается отыграть все назад, говорит, что он не понял, что она любит его, готова с ним пойти на край света, но уже поздно. Она падает на колени, просит пощадить, но Евгений непреклонен. Он наводит ствол с глушителем на ее голову. Она закрывает глаза и кричит: «За что?», тут Евгений призадумался – и вправду: «За что?», она ведь ему ничем не обязана…
Он лежал на кровати и размышлял над мотивом для убийства. Мотив смешон – она отказалась выйти за него замуж? Нет! Она отвергла его? Нет! Тогда в глазах близких он будет слишком жалок. Здесь должна быть месть за оскорбление, унижение. Он начал снова, дошел до момента, как входит к ней, те же цветы, кольцо с бриллиантом, костюм с галстуком. И, конечно, предложение на коленях. Но здесь в ситуацию неожиданно вмешивается еще одна личность, тот молодой человек, которого он встретил на входе у подъезда дома Татьяны. Он спрятан в комнате, Евгений пока не знает, что он там лежит в ожидании.
Татьяна закрыла дверь в комнату, а сама с притворным взглядом ждет, пока новоявленный жених закончит свою пафосную речь. Она принимает подарок-кольцо, мило улыбается – а куда деваться – но укоряет его, что тот явился без звонка. Тут тот, кто спрятан за дверью, подает голос и зовет Татьяну обратно в комнату. Евгений врывается туда, там знакомый наглец с ухмылкой на лице и его дружок. Оба по-хозяйски распластались на постели в ожидании хозяйки, не зная, что в недалеком будущем и их ждет причастие. Евгений с ненавистью смотрит на Татьяну, до молодых людей дошло, что в комнату ворвался псевдохозяин, они начинают усмехаться над жалкой растерянной физиономией Евгения. Высокомерным взглядом буравят его, они на высоте и чувствуют превосходство над ним, над ничтожеством. Евгений унижен, уничтожен. В этот момент, когда его распирало от ревностных душераздирающих побуждений, Евгений почувствовал возбуждение, его бросило в дрожь, жар, к телу подступила лихорадка. Он взял себя в руки и закончил мысленную экзекуцию.