– Толком после ремонта здесь пожить так и не успела, – Жанна, сделав глубокий вздох, повернулась к Евгению, держа в руке пачку зерен черного кофе. – Это ее квартира, а наследников кроме меня нет, вот я и решила немного пожить здесь.
Евгений знал, кому по праву в прошлом принадлежало роскошное жилье. Он стоял рядом и выдавил из себя уместную в таких случаях фразу:
– Сожалею, что так получилось с твоей тетей, – тихо выговорил он.
– Спасибо, – ответила Жанна, ее глаза немного увлажнились.
Она подошла к кофеварочной машине. Евгений присел на диванчик за стеклянным столиком. Жанна стояла спиной, теперь, в отличие от первого раза в офисе, ее тело приняло еще более отчетливые формы – сегодня вместо юбки на ней красовались черные обтягивающие брюки.
– Классика жанра, – неожиданно для себя вполголоса выговорил он.
– Что ты говоришь? – повернувшись к нему, спросила Жанна. – Я не расслышала, что ты говоришь? – повторила она.
– Я говорю, что хорошая квартира, – выпалил Евгений.
Она поднесла к столу две чашки с кофе.
– Но мне показалось, что она тебе не понравилась. Но это не удивляет… я сама, как только въехала в нее, первое время ложилась спать при включенном свете. Обстановка давила на меня, но потом свыклась.
– Я бы так не смог. Я бы переждал сорок дней после смерти и только потом въехал.
– И это говорит бесстрашный страж закона, – Жанна заулыбалась. – Наоборот, необходимо, чтобы кто-то жил в доме покойника в первые сорок дней, чтобы душа упокоилась.
– Что-то нас потянуло на мистику и на покойников!
– Извини, я не хотела, – поторопилась извиниться Жанна. – Но иногда хочется с кем-то поговорить, поделиться.
– Ничего, все нормально.
Они выпили кофе, потом Жанна предложила выпить, вина у нее не оказалось, но зато нашелся французский коньяк. Евгений занервничал, когда Жанна вытащила початую бутылку коньяка и присела не на прежнее место – на стул с противоположной стороны стола – а на диванчик рядом с ним. На правах мужчины он разлил по фужерам коньяк и предложил выпить за покойную тетю Жанны Екатерину.
– Я тронута твоим участием, – ответила она и опрокинула одним замахом налитый наполовину фужер.
Впечатленный Евгений постарался последовать примеру собеседницы и тоже за один глоток опустошил фужер. Налил по второй, Жанна не возражала. Она легонько плечом прижалась к его плечу, он не отпрянул, но почувствовал вожделение. Для наступления она открыла второй фронт, под столом. Легонько стопой наступила на ногу Евгения. Наступил момент контрудара, но куда его нанести, он не знал. Он робел и боялся, несмотря на сильное желание прикоснуться к ней. Такая женщина кого угодно заведет. Но все же решился, предложив избитый способ:
– Давай выпьем на брудершафт!
– Давай! – без колебаний поддержала Жанна.
Оба выпили до дна. Поцелуй получился затяжным, глубоким и смачным. Когда он был завершен, Жанна похвалила его:
– А ты классно целуешься!
Евгений покраснел от неожиданной похвалы и постарался скрыть удовлетворение от полученного комплимента.
В следующий момент они целовались уже в постели в спальне. В неистовой страсти они сжимали друг друга, катались по кровати. Как только Евгений принялся срывать с Жанны одежду, она оттолкнула его, в мгновение соскочила с постели и с возгласом «Я сейчас!» убежала из спальни. Как любая уважающая себя женщина, она побежала принимать ванну. Евгений встал с кровати, на ощупь в темноте нащупал выключатель. Сделав свет не сильно ярким, интимным, он осмотрел спальню. Его бросило в жар, когда он представил, что кровать, на которой он только что предавался ласкам и утехам, когда-то служила ложем для покойной хозяйки.
Впечатленный потоком неприятных мыслей, он застегнул на груди верхние пуговицы рубашки и на полу рядом с кроватью нашел свой серый джемпер. В этот момент в спальню залетела Жанна в коротком прозрачном халате и застала его врасплох:
– Ты собрался уходить?
– Нет!
– А что тогда держишь в руке…
– Нет, я просто хотел поднять и положить на стул, – он посмотрел ей в глаза. Они блестели, но в них он прочитал зарождающуюся ненависть в ответ, когда мужчина не следует намеченному плану.
– Не люблю, когда вещи лежат на полу, – неуверенно добавил он.
– Или вспомнил, что тебе неуместно находиться в квартире убиенной, ведь я тоже, хоть может и формально, но вхожу в круг подозреваемых… Как наследница!