– Да. Еще вы поймете, насколько мы схожи с вами, Евгений Андреевич… но это так, мелочь по сравнению с тем, как перевернется ваша жизнь, как только вы приблизитесь к разгадке преступления.
– Ты меня интригуешь.
– Поверьте, вы не первый, кто прошел путь собственного очищения.
– И ты прошел путь очищения? – Евгений разразился смехом.
– Можно сказать и так, что я из тех, кто первым исповедовался…
– И перед кем же? – все еще смеясь, спросил Евгений.
– Перед самим собой.
Евгений встал. Затем всучил в руки Воинова полупустую кружку и с ухмылкой на лице произнес:
– Никогда не думал, что буду встречать утро с сумасшедшим, – Евгений помотал головой, – хотя ты далеко не сумасшедший.
Глава двадцать вторая
В пятницу Евгений позвонил Жанне, он помнил о приличиях джентльмена, что звонок на следующий день даме, с которой у него была близость – это обязательство, не подлежащее обсуждению. Оба пребывали в неплохом настроении и решили встретиться после выходных.
Евгений собирался на юбилей к человеку, благодаря которому он устроился в систему МВД, затем перешел в прокуратуру, а уж потом, после реформы – в Следственный комитет. Человека-покровителя звали Агер Агишевич Адвар. Три «А», как самый высокий рейтинг человеческой надежности.
Имя Агер в переводе характеризовало его владельца как человека с большим чутьем, выносливостью, это имя во многом, возможно, определило выбор профессии, отчество Агишевич означало «товарищ, приятель», что тоже выдавало его с наилучшей стороны для людей, окружавших его. Это продемонстрировал юбилей, где собралось не менее ста человек. А фамилия с татарского языка переводилась как «эпоха».
Да, персона Агера Агишевича отождествляла эпоху, это был человек-легенда во времена СССР и всесильного КГБ. Он являлся главным оперативником, а затем и следователем КГБ по раскрытию убийств, часто наиболее сложные дела поручали ему совместно с коллегами из прокуратуры и МВД. Во времена СССР самые изощренные убийства приравнивались к преступлениям против государственного строя, вот почему к ним подключали специалистов из КГБ. К таким относили захват заложников, террористическую деятельность и серийные убийства. Это только сейчас наследники Агера Агишевича из некогда грозной структуры занимаются в основном контрразведкой и борьбой против терроризма.
Юбилей праздновали пышно – шестьдесят лет, тридцать из которых полковник Адвар посвятил служению одной из самых закрытых спецслужб. Банкет состоялся в ресторане. На нем гуляли все, от родственников и друзей до сослуживцев Агера Агишевича и нынешних представителей закона. Евгению нравились массовые попойки, на них можно было завести пару нужных знакомств, пофлиртовать с женщинами, хорошенько выпить и поболтать с коллегами из других ведомств.
Юбилей был в разгаре, когда во время очередного перерыва Евгений подошел с поздравлениями к полковнику. Говорить публично Евгений никогда не решался, красиво он говорил только на посиделках в управлении, когда за столом его окружали сослуживцы. Присутствие толпы, тем более по большей части незнакомой, всегда смущало его. Евгений всучил юбиляру в качестве подарка конверт с деньгами, на что Агер Агишевич иронично отреагировал:
– Надеюсь, что в нем рубли, а не валюта наших старых врагов! – в знак благодарности он обнял своего протеже, и после маленького тоста Евгения Агер Агишевич пригласил его пройти с ним в комнату отдыха. – Давай немного поговорим, ты расскажешь старику как дела, поведаешь, чем живут сегодня органы.
Евгений кивнул. Ему было, что сказать старшему товарищу.
Они незаметно от гостей зашли в небольшую комнату, больше напоминавшую рабочий кабинет, где стоял маленький столик, окруженный со всех сторон скромных размеров тряпичными диванчиками и креслами пестрого цвета. Сели друг против друга, на столе стоял хьюмидор с сигарами. Юбиляр открыл его и подвинул к Евгению:
– Закуривай!
– Я не курю!
– Я тебе не предлагаю курить, это же сигары, настоящие кубинские сигары, мне вчера старый товарищ с Кубы прислал, каждый год шлет, да так, что подсел на них.
Евгений осторожно взял сигару, – он не ведал с какой стороны подойти к ней. Наставник протянул ему металлическую гильотину и указал, какой край сигары необходимо обрубить. После протянул ему зажигалку. Евгений настороженно прикурил. Он никогда не курил сигары. Он вообще не умел курить.
В комнату забежала официантка с двумя фужерами виски, бокалом со льдом и тарелкой с фруктами на подносе.
– Спасибо, Любочка! – вежливо поблагодарил Агер Агишевич миловидную девушку и оценивающим взглядом прошелся по хрупкой двадцатилетней особе с тонкой фигурой, облаченной в черную мини-юбку с белым верхом. В ответ на реакцию мужчины, который годился ей в дедушки, она улыбнулась легкой интригующей улыбкой, на секунду задержав на нем взгляд. Ее улыбка выражала больше, чем обычную благодарность.