– Воинов!
– Да, Воинов. Так вот, все улики против него, тем более сам признал вину. Все, дело завершено, пусть суд решает, лечить его или отправить в тюрьму.
– Но мне кажется, что за этим преступлением может стоять Баумистров со Степановым.
– Хочешь дойти до вершины преступления! – засмеялся Агер Агишевич. – Но этих двух товарищей тяжело зацепить, только время потеряешь.
– Все же не знаю почему, но мне хочется подступиться поближе.
– Жень, ты не хуже меня знаешь, чем это тебе грозит. Следствие не терпит одного – множества гипотез. Твои действия по уже закрытому делу не оценит ни твой шеф, ни коллеги. Ведь тобой движет личное, – Агер Агишевич поднял глаза.
Евгений замешкался, он не знал, что ответить, но все же признал:
– Как догадались?
– Твой случай стоит обособленно, убийца трех женщин практически ушел от возмездия, а ты есть олицетворение возмездия, жаждешь реванша.
Юбиляр отпил немного виски и продолжил:
– Любое уголовное дело, где следователь начинает испытывать сомнения, чревато последствиями. Это как отношения с женой или любимой женщиной. Если тебя одолевают сомнения в ее верности и ты задаешься целью найти против нее компромат, то будь уверен – рано или поздно откопаешь грязное белье. Так и в уголовном деле. Но есть другая сторона медали, можно ли твои доказательства в отношении твоей женщины считать полностью достоверными? Как и в уголовной практике, – не каждая фактура служит доказательством, как результат – у тебя множество оперативной информации, но доказать ничего не можешь, и с этими сомнениями ты остаешься один на один. Теряешь расположение любимой, а на работе тебя считают сумасшедшим, начальник начинает тебя недолюбливать.
– Намек понял! – командным голосом, словно офицер на построении, ответил Евгений.
– Просто не превращай уголовное дело в разгадку длиною в жизнь. Но, если тебя что-то мучает, старайся не вовлекать в свои сомнительные догадки коллег и постарайся не превращать уже раскрытое дело в фарс.
– Хотите сказать, что если и ввязываться в авантюру, то только одному?
– Да, ты понял меня правильно.
– Хотите отговорить меня?
– Нет! То, что ты мне сказал, пахнет абсурдом, тем, от чего я тебя уже предостерег – сомнительной авантюрой, – полковник призадумался, но в следующее мгновение спросил: – Ты обмолвился, что подследственный легко идет на контакт? – его глаза заблестели.
Евгений неуверенно кивнул. Агер Агишевич поднял указательный палец перед Евгением и гордым голосом наставника выговорил:
– Если так, то Воинов – лучший ключ к разгадке. Пойдешь другим путем, оставишь следы… – он не договорил, осекся и натужно постарался выдавить из себя остатки ищейки, осознавая, что толкает своего ученика на безрассудный поступок. Голос наставника изменился. Он выкрикнул полукомандным тоном:
– Ты понял? Будь осторожен, а лучше оставь все как есть.
– Есть! Агер Агишевич, понял! Так точно! – иронично выкрикнул Евгений.
– Пошли к гостям! – они встали, Евгений, как младший по званию, пропустил своего учителя вперед.
Глава двадцать третья
В девять утра субботы Евгений уже сидел в камере Воинова. И слушал с притворным безразличием его лекцию о половом созревании молодых людей. Что половая жизнь у молодых людей наступает с момента их первой мастурбации, а не когда они в первый раз входят в таинственное лоно женщины. Самоудовлетворение, по словам Воинова, наиболее критично с точки зрения его влияния на последующую половую жизнь человека. Она делится на два разных периода: до мастурбации и после, а первый контакт с женщиной – это просто безобидное столкновение, по сравнению с влиянием процесса «с самим собой» на личную самобытность.
Подспудно его интересовали заключения Воинова, но Евгений принимал их по отношению к себе как «злоключения». Нет, он не стремился за счет них разобраться в своем психологическом портрете, просто доводы Воинова звучали понятно, четко и одновременно – не менее академично, чем у того же Фрейда.
– Насколько я помню, вы были женаты.
Евгений кивнул.
– Научные наблюдения подсказывают, что именно женатые мужчины находят в акте самоудовлетворения защиту от повседневного секса с женой.
– Мне все равно, правдива твоя статистика или нет. Все, что ты говоришь, не имеет для меня значения.
– Вы скоро поймете! – Воинов посмотрел на Евгения и добавил: – А пока, до следующего посещения меня, освежите воспоминания о любимой теще! – Воинов играл роль научного руководителя, последнее наставление звучало как домашнее задание. Но Евгений после напоминаний о теще уйти просто так не мог.