– А где можно найти Игоря?
– Не знаю, сама его дома никак не могу застать. Он иногда приходил ко мне, в последний раз полгода назад заходил. Весь бледный, хотя глаза дикие, поел, лег спать, а когда я пошла его будить, так от него и след простыл – сбежал. Смылся!
– А чем он занимается?
– Не смешите, чем может заниматься наркоман, прости меня, Господи! – она перекрестилась. – Каждый день молю Всевышнего, чтобы Он помог ему излечиться и пойти правильным путем.
– А на что живет?
– Так ему отец посылает деньги, каждый месяц по пятьдесят тысяч, так он все их вкачивает в вену со своими дружками. Правда, Павел сейчас догадался платить за квартиру через своих помощников. Раньше он больше посылал, почти сто тысяч. Игорь мне жаловался, что папаша стал немного жмотить, да все мы знаем, куда деньги уходят.
– Получается, у отца и сына нормальные отношения? – поинтересовался Евгений.
– Нет у них никаких отношений. Он так же не может простить ему смерть матери и так же считает, что это он ее убил. Он мне как-то звонил…
– Кто, Игорь?
– Нет, этот антихрист, Павел! Говорит мне, помоги найти сына. А где я его найду? Ты же, говорю, всесильный, что пристал к пенсионерке? После этого он не звонил и слава Богу, слышать его даже противно. Налить еще чаю?
– Нет, спасибо! Мне уже надо идти.
– На все воля Божья. Эта чертова Екатерина, которая тоже виновна в смерти сестры, нашла, получается, мученическую смерть от рук насильника.
Евгений не понял, что хотела сказать Алла Давидовна, но машинально кивнул в знак согласия.
– Это ей возвратилось от моей сестры и, если честно, я вам скажу, в молитвах я просила мщения за сестру, и Бог меня услышал, если послал этого маньяка. Ой, что я говорю… Но ее убил не насильник, а ее племянница, эта, как там ее, уже не помню…
– Жанна!
– Да, Жанна, это она убила ее, чувствует мое сердце, – Алла Давидовна немного отпрянула от стола, и ее глаза недоверчиво сверкнули. – Вас, случайно, не она ко мне подослала? Вы и ее знаете? А то я с вами разоткровенничалась!
– Не беспокойтесь, я не засланный казачок. Но Жанну знаю, не скрою.
– Я ничего не боюсь, молодой человек. И меня ничем не пугнешь.
«Да уж, это точно», – подумал Евгений и вспомнил первые минуты знакомства.
– Так вот, я вам скажу, эта молодая прошмандовка Жанна как прилежная ученица уничтожила свою тетку, учительницу свою. Она ведь тоже покусилась на Павла… у них вся семья состоит из прошмандовок!
Евгений встал, после сказанных слов возникло желание уйти незамедлительно. Он поблагодарил за чай и сказал, что еще зайдет, как выяснит какие-нибудь подробности.
Когда он стоял в прихожей и надевал куртку, Алла Давидовна разразилась напоследок:
– Жанна убила свою тетю, но об этом вы никогда, молодой человек, не узнаете, – надменно выкрикнула она. – Но эту Жанну тоже ждет погибель, ее утопят, это я вижу перед собой.
После сказанных последних слов Евгений выпорхнул из квартиры, сбежал по лестнице. «Сумасшедшая женщина, хотя с виду достаточно интеллигентна», – думал Евгений, быстро спускаясь к выходу.
Его ждала Жанна.
Глава двадцать девятая
Он подъехал к ресторану. У входа, без верхней одежды, стояла Жанна и разговаривала с двумя молодыми людьми. Евгений вышел из машины и, подойдя к ним с вопрошаемым взглядом, услышал от Жанны:
– Ты проходи, самый дальний столик, я сейчас зайду.
– Все нормально? – поинтересовался Евгений, оглядывая двух подозрительных типов. Один был женоподобный, другой бледный, со впалыми щеками и стеклянными глазами, в его манерах скользила какая-то заторможенность.
– Все нормально! – дразня, вскрикнул тип с впалыми щеками. Он засмеялся истерическим смехом.
– Жень, ты иди, я сейчас подойду, не обращай внимания, – проговорила Жанна, показывая кулак молодому человеку.
Евгений послушался и скрылся за дверьми ресторана. Жанна пришла к нему через пару минут. Она была немного взволнована. Евгений тут же поинтересовался, кто были эти сомнительные парни. Жанна, присаживаясь, сходу сообщила, что это коллеги по работе.
– Коллеги? – удивился Евгений. – Журналисты?
– Да, а что тут удивительного?
– Учитывая, что пишут в наших газетах и журналах, а тем более в сети, не вижу ничего удивительного, – засмеялся Евгений.
– Не надо иронизировать, вы лучше бы на себя посмотрели со стороны и научились принимать критику, может, и раскрываемость преступлений стала бы намного выше, – Жанна не пыталась уколоть Евгения, но, учитывая ее своеобразный характер, сочетавший в себе высокомерие и надменность, ее слова легко можно было принять за нравоучения.