Марат пошел настолько далеко, что приказал задержать Эрнеста на целые сутки. Но сам ближе к вечеру, памятуя об еще одной задаче Евгения, покинул город, дав наставления коллегам, чтобы те к утру «раскололи» подельника. Но те после полуночи отпустили беднягу. Эрнест объяснил им, что в тот день, когда исчезла девочка, ему кто-то действительно позвонил на телефон. Он по воле судьбы оказался последним, с кем говорила девочка. Следователи установили, что девочка по ошибке набрала его номер телефона за несколько минут до похищения.
Глава семнадцатая
За последующие несколько дней Воинов в окружении представителей оперативно-следственной группы объехал места собственных злодеяний. Точно указанные им места преступлений, особо не различающиеся с реальными координатами, позволяли не сомневаться в подлинности его показаний. Также он точно указал, в какой очередности провел экзекуцию жертв.
Евгений отметил для себя, что Воинов чувствовал себя на экспериментах непринужденно и расслабленно. На каждый вопрос он давал четкий ответ, без запинок и оговорок. Впрочем, следователи особо не мучили его каверзными вопросами, их последние сомнения развеялись после проведения ДНК-экспертизы. Позже следователи получили также заключения от наркологического и психоневрологического диспансеров. Если первый отрицал любую связь с Воиновым, то вторая структура сыграла немалую роль в становлении личности Воинова.
Из заключения следовало, что Александр Воинов в прошлом страдал рекуррентной шизофренией с признаками эпилепсии. Состоит на учете, но с двадцатилетнего возраста наблюдается ярко выраженная ремиссия. С тех пор ежегодно один раз в год он регулярно проходит профилактическую госпитализацию в психиатрической больнице.
Прочитав заключение до конца, Евгений усмехнулся. Неожиданный поворот мог поставить жирную точку в расследовании уголовного дела, теперь слово было за людьми в белых халатах. Справка из диспансера не очень удивила Евгения, за свой срок службы он получал их немало. Преступникам, имевшим богатый опыт наблюдения и лечения в клинике для душевнобольных, нередко удавалось променять тюремную камеру на палату в лечебнице. Но здесь следователя со стажем смутило другое – на допросе Воинов ни разу не дал повода для сомнений насчет своей вменяемости.
– Считаешь, что переиграл нас? Думаешь, избежишь наказания, отлежавшись на лечении? Вот в чем причина твоего уверенного поведения!
– Пришел ответ из диспансера? – довольным голосом спросил Воинов.
– Ты не лечился в психушке, а жил там, – твердым голосом констатировал Евгений.
В комнату допроса неожиданно вбежала заместитель Житомирского Антонина Николаевна Кожемяка:
– Ой, – ахнула она, завидев Евгения, – а мне сказали, что здесь свободно.
– Антонина Николаевна, я сейчас ухожу и освобожу комнату, немного подождите, – вежливо произнес Евгений.
– Я подожду за дверью, у меня тут тоже запланирован допрос с одним из арестантов, – она повернулась и удалилась из комнаты.
Евгений проводил ее взглядом, пока она не исчезла за дверью. Он смотрел на икры и на пятую точку. Она не носила юбок выше колена. Этой привычкой она напоминала великую итальянскую актрису Софи Лорен, у которой практически не было ни одной публичной эротической фотографии, что давало повод разыграться фантазиям мужской половины: какая она (Антонина Николаевна) под тонкой розовой блузкой и черной юбкой, что были на ней сегодня? Но сегодня его смутило присутствие Воинова, автоматически из памяти выстрелили подробные показания подследственного в первый день. Он отпрянул, но было поздно, Воинов тут же зацепился за его цепкий взгляд на Антонину Николаевну.
– Вопрос можно? – спросил Воинов.
– Можно.
– Сколько лет вы уже работаете в органах?
– Следователем я работаю девять лет, а что?
– Девять лет томительных ожиданий!
– Что? – Евгений сделал недоуменный взгляд.
– Я видел, с каким скрытым наслаждением вы смотрели на свою коллегу, она вам точно нравится.
– Обсуждать с убийцей свои желания я не собираюсь.
– Хорошая оговорка «свои желания».
– Не переходи черту, а то…
– Что?
Евгений немного замешкался, он подбирал слова для изложения грозной сентенции, но ничего не приходило на ум.
Воинов решил продолжить начатую им тему:
– Все эти годы вы изнемогали из-за своих желаний. Фантазировали… можно только догадываться, какой вы прошли путь.