- Мы опоздаем, - вздохнул Леонард. – Уже посадку объявили.
- Поцелуй меня, - спокойно, словно он был королём, и его прихоти не обсуждались, потребовал Тео.
- Сядем в самолёт, тогда поцелую, - улыбнулся в ответ художник.
Тео недовольно резко выдохнул, затем глубоко вдохнул и открыл рот, намереваясь начать скандал, на который точно бы сбежался весь персонал аэропорта и его посетители. Леонард резко подался вперёд, сокращая расстояние между ними и впиваясь в губы Тео, таким образом, затыкая ему рот единственно надёжным способом. Хотя, если быть откровенными, парень давно подумывал о кляпе для любимого, потому что, порой, он был просто невыносим.
Блондин победно и довольно улыбнулся, не разрывая поцелуя, глубоко проникая языком в рот любовника, скользя им по его языку. Тео прижался к художнику всем телом и особенно ощутимо бёдрами, намекая. Немного забывшись от жарких, слишком влажных поцелуев любимого, Лео опустил ладонь на его попу и сжал ягодицу, затем, надавил между ними. Тео от этих ощущений встал на носочки, как делал когда-то с Биллом, и зажмурился.
- Чёрт, что же ты со мной делаешь? - сбито прошептал Леонард, отрываясь от губ парня, но в следующую секунду целуя его в ключицу. – Тео, ты – мелкий развратник…
- Пошли в туалет, - игнорируя слова парня, произнёс Тео.
- Мы опоздаем, уже началась посадка, - слабо запротестовал Лео, когда любимый взял его за руку и потащил куда-то.
На самолёт парни опоздали, и им пришлось ждать ещё четыре часа и лететь ночным рейсом. Лео был не слишком доволен таким поворотом событий, а Тео, напротив, теперь был умиротворён и спокоен. У него, как обычно, получилось добиться своего и теперь даже длинный перелёт через океан не так страшил парня. Он мирно устроился на плече любовника, дожидаясь их времени вылета, и улыбался куда-то в пустоту.
Только тогда, когда их самолёт начал разгоняться на взлётной полосе, Тео судорожно вцепился в руку Лео, не моргая, напряжённо смотря в сторону, боясь даже повернуть голову к окну, у которого всегда садился Спетар.
- Господи, Тео, - произнёс художник, положив ладонь на грудь парню. – У тебя сердце колотится, как у кролика.
Блондин неопределённо мотнул головой и попросил:
- Возьми мне виски.
Лео уже давно не удивлялся тому, что его парень не любил разговаривать с обслуживающим персоналом самостоятельно. Он подозвал стюардессу и уже через две минуты бокал с янтарным напитком был в руках Тео. Парень судорожно сжимал стекло стакана ладонями, и делал небольшие глотки. Со стороны могло показаться, что он пьёт чай, а не виски, если бы не несоответствие тары и цвета её содержимого.
- Постарайся не напиться, - слегка нахмурившись, сказал Лео.
- Ты же знаешь, я боюсь летать, - ответил блондин, делая новый, более большой глоток и даже не морщась от горечи.
Художник улыбнулся уголками губ и положил руку на бедро Тео, поглаживая, успокаивая, пытаясь чуточку расслабить. Блондин сделал новый глоток, затем, залпом добил остатки виски и, отставив бокал, устроился на плече любовника.
Лететь предстояло долго, перелёт Майами – Лондон занимал почти десять часов, 9:35, если быть предельно точными.
Глава 38
Глава 38
На улице шёл дождь, небо заволокло свинцовыми, чёрными тучами и от этого казалось, будто бы уже наступила ночь. От такси до крыльца дома было всего-то двадцать метров, но парни успели промокнуть практически насквозь. Взять с собой в сумку зонт никому не пришло в голову, а распаковывать чемодан и искать его в нём казалось ещё менее привлекательным, чем промокнуть.
Зайдя в дом, Тео бросил сумку на пол и отряхнул руки от капель холодной дождевой воды. Сумка по инерции проехалась по полу, оставляя на нём мокрый след.
- Ненавижу дожди, - недовольно пробурчал Тео и вздрогнул, когда за окном прогремел раскат грома – небо словно услышало его, услышало и обиделось.
- Согласен, - кивнул Лео, ставя свою сумку на пол. – Погода так себе. Но теперь мы дома и она нам едва ли сможет помешать.
За окном вновь глухо, оглушительно прогремело, небо разорвала кривая линия молнии. Тео снова вздрогнул и поёжился. В доме было прохладно, прохладно и душно, странное сочетание…