Карл пытался достучаться до Тео: пытался разговаривать спокойно и устраивать скандалы, предлагал пройти лечение… Тео словно не слышал его: не смотрел на дядю, не произносил ни звука. Другая реакция парня была обратной – истерика. Постепенно Карл перестал пытаться докричаться до племянника, а Тео перестал с ним разговаривать вообще…
Сведение контакта с опекуном к минимуму виделось Тео единственным способом однажды не забыться, не сорваться и не предложить ему себя. После случая с наркотиками Карл начал строго следить за парнем, старался не отпускать его никуда одного, чтобы не натворил больше бед. Итог этой тихой борьбы стал грустным, прозаичным и, верно, предсказуемым.
Достигнув совершеннолетия и получив все права на распоряжение наследством, оставшимся от родителей, Тео снял со счёта деньги, которых было не так много, но их вполне хватало на билет на самолёт и первое время жизни на новом месте.
Это было осенью, Карл был на службе – очередное сложное дело, полицейским казалось, что они вышли на след Змея, но, на самом деле, след был ложным, пусть и привёл к другому преступнику-убийце. В один из таких мокрых и холодных ноябрьских вечеров Тео собрал чемодан и, оставив на тумбочке записку и свой комплект ключей от квартиры, ушёл. Он не врал, когда писал, что не знает, куда едет, он приехал в аэропорт и только там начал выбирать рейс и место назначения. Хотелось убраться подальше, сбежать, потому парень выбрал Штаты, и, пересилив свой панический страх, впервые в жизни взошёл на борт авиалайнера.
Он не соврал и позвонил Карлу, как только устроился на месте, но обошёлся сухим: «Я в порядке. Со мной всё будет хорошо», даже не сказал, куда сбежал. Больше они не разговаривали: Тео не звонил Карлу, а сам Карл не знал, на какой номер звонить, потому что в тот раз парень набирал дяде с уличного телефонного аппарата.
Так Тео начал новую жизнь – жизнь бродячего котёнка, у которого был угол, но не дом. С каждой прожитой неделей он всё больше увеличивал список тех, с кем провёл время прижатый к стене, нагнутый над столом или придавленный весом чужого тела. По-другому уже не получалось. Да и не нужно было – его никто не осуждал и он получал то самое тепло и защиту, которых так искал. А те, другие, в свою очередь, получали его тело. Все стороны были довольны.
Потом появился тот мужчина – Джордж Билборг, ему было сорок пять, а Тео всего двадцать, но никого это не смутило. Более того, Тео даже был ему верен до самого момента смерти любовника. Хотя, на самом деле, причиной верности парня была не любовь или совесть, а страх. Он понимал, что этот мужчина, каким бы он мягким и нежным не был с ним, способен вмиг превратиться в разъяренного питбуля. К тому же, Джордж не раз обозначал свою властную и собственническую позицию по отношению к юному парню, который годился ему в сыновья.
В этом смысле неожиданная смерть любовника даже порадовала Тео, стала освобождением. Пусть он и понимал, насколько это отвратительно, но парень с огромным трудом мог сдержать улыбку на похоронах мистера Билборга, чем вызывал недобрые, осуждающие взгляды острозубой родни знаменитого бизнесмена и сочувствующие покачивания головой более сострадательных – тех, кто посчитал, что у парня истерика из-за утраты.
Больше Тео не сковывал себя отношениями, предпочитая случайные связи. Так было до самого момента его знакомства с Лео, впрочем, если бы не настойчивость художника и не рассеянность Тео, парни могли так и не сойтись. Так же блондин просто не заметил, что они начали быть парой и даже жить вместе – не заметил, как бы это смешно не звучало.
Вздохнув, Тео подошёл к входу в кафе и толкнул дверь, проходя в помещение. Внутри было тепло и пахло ванилью и корицей, играла ненавязчивая музыка. Блондин оглянулся и, стряхнув с рук воду, подошёл к ближайшему свободному столику, занимая его.
- Что-нибудь будите заказывать? – приятным голосом спросила девушка-официантка.
Тео поднял на неё глаза, бегло смеряя взглядом, отмечая детали внешности: небольшие карие глаза с лёгкой сеточкой гусиных лапок – видно, та ещё хохотушка, пухлые губы, тронутые телесной помадой, оливкового тона кожа, каштановые волосы, кольцо с синим камнем на безымянном пальце правой руки…
- Кофе, - кивнул Тео. – С коньяком.