Мейз сглотнула, чувствуя, как в горле пересохло. "Всё зря…"
— Поэтому мы уходим. Сегодня.
— Мы? — переспросила она, пытаясь осознать происходящее.
— Ты, я и... — Сандра сделала паузу, глубоко вздохнув. — Он, я думала. Ты готова ему доверять?
Мейз закрыла глаза, вспоминая о его улыбке, его руках, которые держали её, когда она чувствовала себя в безопасности...
— Ладно, — наконец сказала она, собравшись с мыслями. — Но сначала он все расскажет. Всё.
Они с Сандрой вышли в холл. Моментально взгляд Димы метнулся к ним. Он, как потерянный котенок, ждал хотя бы этого весь день. Поэтому через мгновение уже подскочил и подошел.
Хотел начать разговор, но Мейз кивнула ему наверх.
Комната Димы была перевернута — книги в беспорядке, неровные, самостоятельно нанесенные, руны чистоты стерлись, давая скверне просочиться в некоторых местах.
Он сел на кровать, его пальцы нервно перебирали край одеяла. Сандра стояла у двери, скрестив руки и ожидая, когда напряжение разрядится.
— Говори, — потребовала Мейз, оставаясь стоять посреди комнаты, чувствуя, как растет накал между ними.
Дима поднял на неё глаза и, наконец, заговорил.
— Моя мать... была адской ведьмой.
— Я это поняла.
— Она продала душу, потому что хотела ребенка. Не могла забеременеть. Предложила Дьяволу сделку — ребенок в обмен на душу.
Сандра округлила глаза от шока. Дима продолжал:
— Сначала демоны думали, магия в ней из-за меня. Не приходили. Но после рождения... все стало ясно.
— За ней пришли, — кивнула Мейз сама себе.
В голове у неё дробились мысли, словно стёкла, разбиваясь в дребезги. Если всё, что говорил Дима, правда, то он был непростым человеком. Он был носителем тёмной силы, куда больше чем обычная ведьма, прикрепленная к первому кругу. "Верно же?"
Обронив взгляд вниз, она заметила, как Дима касается края своего одеяла, его пальцы дрожат, как листья на ветру. В его глазах металась паника, нота страха и нежности позволяла ей видеть, что он так же напуган, как и она.
— Ты не должен чувствовать себя виноватым за то, что с тобой произошло, — сказала Мейз тихо, не в силах сдержать растерянность. — Я не собираюсь тебя осуждать...
— Тогда почему ты со мной не говоришь весь день? — голос был полон отчаяния.
Мейз поджала губы.
— Ты видел демонов все это время?
Дима открыл рот, но сразу же закрыл.
— Не сразу, — мотнул он головой. — Где-то на пятом начал.
В комнате повисло напряжение. Сандра, скрестив руки, наблюдала за ними, слегка побледнев от переживаний. Она не могла представить, каково это — жить с такой тёмной наследственностью.
— Кто из демонов забрал твою маму? — осторожно спросила она, не желая усугубить ситуацию.
— Я не знаю, — Дима опустил глаза, его голос стал тихим и полным отчаяния. — Она просто умерла.
Мейз сделала шаг вперед.
— Зачем врал мне?
— Я не врал, — возмутился Дима, его голос дрожал от эмоций, словно он сдерживал внутри себя бурю. — Я всё время балансировал на грани. Каждый раз, когда что-то происходило, и угроза становилась реальной, я помогал.
"Недостаточно", — почти произнесла она, но вовремя остановилась. Всегда ли он был там, чтобы помочь? Она не могла не вспомнить о тех моментах, когда, казалось, мир вокруг неё рушился. Но, в конце концов, всё, что сделали демоны, всё равно было из-за неё. Мейз ощутила, как в ней зреет злоба, но она не могла позволить ей выплеснуться наружу.
Сандра, заметив молчание, прервала их молчание.
— Итак, что мы будем делать? — спросила Сандра решительно, прерывая тишину. Она была полной решимости. — Суми возвращается.
— Что?! — ахнул Трутской, вскакивая с кровати. — Для них скверна что, пустой звук? — он с раздражением указал на стекающую как смола струйку.
Сандра покачала головой и сложила руки на груди, выступая вперед.
— Мы уходим сегодня. В полночь. Лес спрячет нас.
Дима посмотрел на них.
— Я могу пойти с вами?
— Только если будешь с нами честен.
— Буду, Мейз. Я не солгу тебе.
Их взгляды встретились. В его глазах не было лжи — только правда. И страх ее потерять.
Как хотелось верить Мейз.
✧
Темные тучи над Академией рассеялись, словно сама тьма отступила перед возвращением её истинной правительницы. Суми вошла в ворота, и даже воздух вокруг неё застыл, подчиняясь её воле.
Она была безупречна.
Белоснежные волосы, собранные в высокий пучок, ледяной взгляд, пронизывающий до самых глубин души. Ни следа той обезумевшей женщины, что шаталась по коридорам неделю назад. Лишь холодная, безжалостная сила.