— Синх только что дал нам контрольную по экономике! — возмущенно воскликнула Рики. Мейз запомнила ее как третью девушку из золотого женского трио школы.
— И не предупредил, — озлобленно возмутился, кажется, Дейв, развалившись на месте рядом с Мейз и принялся чавкать своей картошкой, да еще и размахивать ей, пока продолжал жаловаться.
Мейз брезгливо отодвинулась. Уж лучше сидеть ближе к Дмитрию, чем к этому парню. Почему одиннадцатые вообще с ними едят? Тут вроде все со своими классами сидят.
Обернувшись, она нашла взглядом стол с другими одиннадцатыми, те преспокойно ели за полупустым столом. А четверо их одноклассников теснили двенадцатых.
— А что так мало? — рассмеялся еще один из одиннадцатых, указывая на Кетча. Его Мейз никогда не видела.
— Фам фофробуй, — недовольно проворчал парень.
— Боюсь, ты уже съел всю картошку в столовой. Эй, Фло, — улыбнулся ей парень. Девушка довольно холодно посмотрела на него. — Как дела?
— Для тебя никак, Том, — она отвернулась к Рики и Касси.
Парень с усмешкой фыркнул, что-то шепча своему другу — четвертому одиннадцатому за столом, пока Дейв чавкал. Мейз отвернула голову от него и заметила, как у всех двенадцатых парней мгновенно заходили желваки, а холодный взгляд пилил Тома. Шимун его вообще едва ли не расчленял.
— Он и Фло встречались, — Мейз едва не испугалась, когда чей-то шепот раздался над самым ухом.
Она повернула голову и посмотрела на Дмитрия, который преспокойно ел картошку фри. Ни единого звука в отличие от Дейва.
"Глаза голубые…"
— …сегодня? — спросил четвертый парень что-то у двенадцатых, прерывая гляделки Мейз и Дмитрия. Девушка стушевалась, посмотрев в свою тарелку. И тут же подняла холодный взгляд. На тарелке лежал подарочек от Мамона — уже не сладости, а потроха. И лучше бы ей не знать, чьи.
— Нет, сегодня у нас тимбилдинг, — от чего-то отказался Шимун.
— Тимбилдинг? — фыркнула Рики.
— Знакомимся с мисс новенькой.
— Я бы тоже не прочь с ней познакомиться, — усмехнулся Том, обращая на нее свой взгляд.
Мейз едва не подавилась. "Чего? Это очередные происки Мамона или он просто идиот?" Во всяком случае, у нее уже сложилось неприятное впечатление насчет него. Да и в принципе из-за ненависти и недоверия к людям, она не собиралась с ним связываться. Да или вообще с кем-то. Она двенадцатым-то едва доверяла.
Барнс решила не реагировать, поэтому продолжила есть.
✧
Мейз вошла в класс травологии, который располагался в отдельном здании, хотя, скорее, в теплице на территории академии. Ее довели сюда двенадцатые, сами они занимались здесь же, но в другой теплице.
Девушка по пути сюда узнала, что травология начинается с шестого класса, но очень поверхностно — запоминание основных трав и их свойств. Далее только углубляется. Посадка, ухаживание за растениями.
У двенадцатых в этом году проект по выращиванию особо прихотливых и даже опасных трав. Этим не занимается только Сандра. Учитель поставил ей оценку еще в девятом классе. А все потому что каждый член рода Редд, даже не обладающий магией, активно и очень глубоко изучал растения с самого рождения. Так что Сандра была лучшей в этом деле.
Только Мейз вошла в теплицу — девятые затихли. О взрослой новенькой в академии знали все, так же как и то, что она посещала занятия младших классов. Но вот увидеть ее на своем уроке!
"Опять это внимание", — чуть не простонала она, вжимая голову в плечи.
Мейз заняла последнее место за одним длинным столом, стоящим вдоль теплицы. Сейчас она чувствовала себя как в Гарри Поттере, не меньше. Особенно когда в помещение зашла добрая женщина. И то, что добрая, действительно определялось сразу.
— Добрый день, мои дорогие! — сразу же почти пропела она, вставая во главе стола. Она осмотрела всех с доброй улыбкой, а, когда дошла взглядом до Мейз, то улыбнулась еще радостнее, хотя, казалось, это невозможно. — О, дорогая. Ты, должно быть, Мейзакин Барнс?
— Да, — ответила та, поджимая губы в полуулыбке.
— Ну и шуму было, когда Анталия тебя привела, — заговорческим шепотом поведала она, наклоняясь чуть вперед. Мейз вскинула брови. — Взрослая обладательница магии! — вскинула женщина руки. — Редко такое бывает. Но не переживай, — она отмахнулась.
Девятые переводили взгляд то на Мейз, то на преподавательницу, а также едва слышно шептались о чем-то. Барнс была рада, что не слышала.