Но Мейз фыркнула, обходя его. Она не собиралась с ним разбираться ни сейчас, ни в ближайшие два дня. Если Лимб был еще хоть каплю интересен, то Мамон вызывал только омерзение. Мейз просто не будет на него реагировать. И все пройдет. Она пройдет второй круг. А что будет с Вельзевулом, Мейз подумает, когда придет время.
Глава 8
Ночью пятницы Мамон себе не изменил. Мейз проснулась на том же самом моменте, и больше не спала. Поэтому, чтобы не терять время, она вернулась к своему плану. Точнее составлению полной картине о мире, в котором жила уже семнадцать лет. И который не знала вовсе.
Дмитрию тоже приснился этот сон. Это Мейз поняла, когда утром встретила его взгляд. И он был уже не просто странным, с непониманием смотрящий на нее, а горящий то ли от ненависти, то ли от чего другого.
Мейз даже не думала о нем. Кто и что ей должен был рассказать, она тоже не понимала. Ей просто хотелось спокойствия. Проблем в жизни и так много — отношения не то, с чем она хотела разбираться.
Поэтому хорошо, что на физкультуре они были в разных группах. Она занималась йогой, пока он нарезал круги по стадиону. Мейз чувствовала лишь взгляды своего класса, которые то и дело бросали на них. Возможно, они тоже знают о происходящем.
Ночью субботы она занималась тем же самым — не спала. У нее уже глаз дергался, когда она пыталась описать то, что узнала о связях. Просто уже ждала, когда вырубится от недостатка сна.
Настоящим спасением стала ночь воскресенья, когда время Мамона прошло. Он исчез, а вместе с ним и те дурацкие сны. Мейз беззаботно проспала всю ночь, даже не зная, что ее ждет уже завтра.
Уже на английском и литературе Мейз поняла, что что-то не так, когда госпожа Ферес начала хвалить ее ни с того, ни с сего. Сначала за почти все баллы по английскому в SAT, а затем за прочтение книги, которую они сейчас проходили.
Вельзевула все не было, это ее беспокоило.
— Ну, мы пошли.
— Вы точно не с нами? — спросила Фло.
Двенадцатые опять решили прогулять астрономию. Мейз почему-то уверилась, что теперь они никогда на нее не придут в этом семестре.
Она до ужаса хотела тоже уйти, покинуть это чертово место! Хотя бы пройтись по улицам, чтобы не ощущать академию как клетку. Но все, что она могла получить сейчас — это прогулку заключенных на территории.
— Да, давай, — подначивал Джейс, толкая ее плечо. — Суми не узнает.
— Если что, выгородим, — присоединился Шимун, обнимающий Фло за плечи.
У Барнс глаза загорелись. Она очень хотела уйти. Но вдруг Суми разозлится? И точно разозлится, учитывая, как она пасёт Мейз с момента приезда сюда. Ей конкретно влетит…
Но об этом Мейз подумает потом.
— Пошли, — поднялась она.
Двенадцатые тут же радостно загалдели, а парни даже запрыгали. Кетч тут же обнял новенькую за плечи, и все вместе они пошли на выход из академии. Сандра на секунду задержалась, закатывая глаза, но догнала их у двери.
Только белые двери открылись, и двенадцатые понеслись вниз по лестнице, а затем и по каменной кладке к резным воротам, у Мейз остановилось дыхание. Она выходила на улицу, но только на задний двор. Теперь же она шла там, где связала себя с ковеном…
Аккуратный шаг с последней ступеньки — нити начали покалывать на коже. Она пошла вперед, тяжесть связи налегала на нее. Мейз буквально побежала, когда ее стало тянуть обратно. Золотые нити пытались сковать ее, но она выбежала за ворота!
"Так должно было быть? Я одна это чувствовала?"
Она пыталась найти ответ в глазах окружающих, но они лишь весело болтали, поднимаясь по улице.
Мейз улыбнулась. Пусть и ненадолго, но она была свободна, шагая по улице, застроенной домами, похожими на академию, но более компактными. Кетч больше не обнимал её за плечи, но всё так же шёл рядом, увлечённо обсуждая с Шимуном и Джейсом, куда можно сходить в городе в эти два часа, если не хочется обедать.
И только хитрые глаза из расплавленного золота смотрели им вслед, уже зная, что ждет их дальше.
✧
Они ввалились в игровой зал, как ураган, — шумные, смеющиеся, толкаясь плечами. Яркие неоновые вывески мигали над автоматами, музыка гремела из динамиков, а воздух пах сахаром и пластиком.
— Ставлю десять монет, что Шимун проиграет в первую же минуту! — крикнул Джейс, перебрасывая мелочь в ладонь.