— Вот это — наша основательница, — Суми указала на самую крайнюю ведьму. По наряду… Можно было сказать, что та слишком древняя, чтобы быть здесь. Если академии шестьдесят лет, то…
— Сколько академии лет? — Мейз хотела знать.
— Почти пятьсот, — сказала Суми. И девушка удивленно замерла. Этот возраст точно подходил первой даме с портрета, но… — Магия, Мейзакин, магия.
— Это точно…
Ведьмы и ведьмаки из разных времен будто смотрели на нее. Серьезные взгляды, полные величия, проедали ее насквозь. Они видели, кто Мейз такая, как попала сюда. И осуждали.
Или сама девушка так видела.
Барнс выпрямилась, с вызовом глядя в эти нарисованные лица. Она знает, что сделала и будет гордиться этим. А затем пойдет дальше. Мейз сделает то, что не мог сделать никто. Решимости в ней хватит.
— Более подробно о них тебе расскажут на уроках с младшими, — голос Суми прервал противостояние Мейз и нарисованных директоров. Девушка кивнула, не глядя на нее. — А теперь давай пройдем на третий этаж.
Лестницы находились за стенами по бокам от холла. Внутри все казалось таким симметричным, первый и второй этаж даже однообразными, но на третьем будто начиналась сама жизнь.
Двери обклеены различными стикерами по типу "не входить", теперь их самих было гораздо больше — очевидно, комнаты сами по себе были меньше. Суми говорила, что здесь живут старшие дети, причем каждый отдельно.
Между комнат периодически были лестницы наверх, которые, вероятно, вели в те самые остроугольные крыши. "Было бы интересно жить в такой. Но это, наверное, привилегия?.."
"Я был здесь раз семь", — заявил демон в ее голове. Он сидел на одной из лестниц, мимо которой проходили Мейз и Суми.
Семь? Неужели столько детей продали свои души?
У Мейз было много вопросов, не все из них были логичными, поэтому ей придется обдумать всё, прежде чем задавать их демону, мисс Суми или кому-то другому. Нужен список — она начинает путаться в своей голове.
— Ну вот, Мейзакин, — "с одной стороны не хочется, чтобы она называла меня коротко или "дорогая", но и полное имя пусть не использует", — брезгливо решила Барнс. — Это, — директриса указала рукой на одну из дверей — одну из немногих, на которой не было стикеров, — твоя комната, — на каждой из дверей, которые были в академии, стоял номер. Конкретно на этой — "309".
Мейз кивнула, поджимая губы. У нее никогда не было своей комнаты, но радости сейчас ее появление не вызывало. Сейчас она будет абсолютно пустой, только мебель и ее вещи в чемодане. Она сожжет его. Или перекрасит. Потому что он будет напоминать о маме, собственноручно собравшей его, чтобы дочь не возвращалась…
У нее все внутри дрожало, когда она об этом вспоминала. Было невыносимо думать об этом, так что Мейз старалась загнать мысли подальше. Пока не останется одна…
— … не хочу.
В коридоре появились три девушки в обтягивающих спортивных костюмах. Ровесницы Мейз поздоровались с директрисой и остановились, рассматривая девушку.
— Мисс Суми, у нас новенькая? — спросила одна из них.
— Да. Ее сила проявилась лишь недавно.
Девушки усмехнулись, помахали ей и зашли в какую-то комнату. Мейз закатила глаза — ей стало понятно про них абсолютно все. Количество макияжа только подтвердило.
— Расписание занятий лежит в твоей комнате. Там также написано в какой аудитории и во сколько время приемов пищи, — сказала Суми. Мейз поджала губы. — Мне бы хотелось увидеть тебя на ужине через час, но… — девушка не хотела там появляться. Вообще никакого желания общаться с людьми. — Что ж, тогда еда просто появится на столе. Отдыхай, — улыбнулась директриса, легко склоняя голову, и ушла.
Мейз посмотрела на дверь. Нужно войти туда.
— Ты больше волнуешься из-за комнаты, чем из-за меня, — раздался голос демона, но уже не в голове. Девушка закатила глаза. Что ее должно пугать? Его вид?
Барнс положила руку на ручку и вздохнула. Секунда, и дверь открылась, показывая ей комнату с молочно-зелеными обоями. Она вошла, пустым взглядом проводя по белой мебели. Нетронутой вообще.
Справа от входа располагалась небольшая ванная комната. Она вписалась в прямоугольник общего пространства, не выходя за его пределы.
Мейз прошла из своеобразной прихожей в спальню. Демон с ногами восседал на зеленом диване, наблюдая за ней. Девушка мазнула по нему безразличным взглядом прежде, чем перевела взгляд на кровать. Двуспальная с высоким изголовьем в мягких бело-зеленых оттенках.
Распахнув белый шкаф — пустой, Мейз все же подошла к столу, стоявшему у окна, и опустилась на стул, уставившись на чемодан, освещенный закатным солнцем.