В среду она не пришла на сеанс с психологом.
Просто не смогла.
Голова гудела, мысли путались, а в груди стоял тяжёлый камень. Что она могла рассказать ей? Что каждую ночь видит гроб отца? Что демон шепчет ей на ухо сладкие обещания? Нет. Лучше молчание.
Вместо этого она бродила по пустым коридорам, где тени казались длиннее обычного, а тишина давила на виски.
Велиал шагал рядом, невидимый для всех, кроме неё. Его голос лился, как мёд — сладкий и липкий, просачиваясь в самые потаённые уголки сознания.
"Они хотят, чтобы ты была послушной овечкой," — шёпот обвивал её мысли. "Но ты же лучше этого, да?"
Мейз не отвечала.
Но и не спорила.
— Мисс Барнс.
Голос прозвучал неожиданно, заставив её вздрогнуть.
Она подняла голову.
Клаус Эбернетти стоял перед ней, опираясь на трость с серебряным набалдашником. Пальцы постукивали по нему. Его тёмные глаза изучали Мейз с холодной внимательностью, будто взвешивали каждую мысль.
— Вы пропустили сеанс с психологом, — произнёс он. Голос был ровным, почти вежливым, но в нём чувствовалась сталь. — Интересно, почему?
Мейз почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Я... не готова была говорить, — ответила она, стараясь не дрогнуть.
Эбернетти медленно наклонил голову, и в его взгляде что-то промелькнуло — что-то острое, опасное. Он взял трость в одну руку, а затем сразу же переложил ее во вторую.
— Понимаете, мисс Барнс, — начал он, слегка постукивая тростью по полу, — иногда отсутствие ответа — тоже ответ.
Он сделал шаг ближе.
— Совет проявляет к вам... особый интерес. И было бы разумно с вашей стороны не давать нам поводов для... беспокойства.
Велиал засмеялся у неё за плечом.
"О, это уже откровенная угроза," — прошептал он, довольный. "Ну же, ответь ему. Разорви его на части."
Но Мейз лишь сжала кулаки.
— Я не представляю угрозы, — сказала она тихо. — Я же дала клятву.
Эбернетти расплылся в улыбке, от которой стало ещё холоднее.
— Надеюсь, что так, — произнёс он, поворачиваясь, чтобы уйти. — Ради вашего же блага.
И, сделав несколько шагов, добавил уже почти шёпотом, но так, чтобы она точно услышала:
— В следующий раз приходите. Или мы найдём способ... убедиться, что вы придёте.
Его тень растворилась в конце коридора, оставив после себя тяжёлое молчание. Велиал хихикнул.
"Ну что, солнышко?" — прошептал он, обнимая её сзади, как старый друг. "Теперь ты понимаешь, с чем имеешь дело?"
Мейз не ответила.
✧
Дуб встретил её шелестом желтых листьев. Ветви немого стража раскинулись в вечернем воздухе, будто пытаясь укрыть Мейз от всего мира. Она сидела, прижав колени к груди, и смотрела сквозь забор на лес Чарити.
— Там, среди этих деревьев, ты предала её, — прошептал Велиал, его голос скользнул по сознанию, как холодный дождь. — И что теперь? Будешь ждать, пока она сама отдаст тебе власть?
Мейз сжала кулаки.
— Я не предавала. Я выбрала свободу.
— О, солнышко, какая трогательная вера в красивые слова.
— Заткнись.
Демон засмеялся и умолк.
— Опять разговариваешь сама с собой?
Мейз вздрогнула. Дима стоял позади, в руках две кружки с парящим чаем. Велиал тут же усмехнулся и растворился, оставив на своем месте только лужу.
— Это уже вошло в привычку, — пробормотала она, принимая кружку.
— С кем-то споришь?
— С голосами в голове.
Дима сел рядом, его плечо тёплым пятном прижалось к её плечу.
— И кто же побеждает?
— Пока ничья.
Он хмыкнул, отпивая чай.
— Совет искал тебя.
— Пусть ищут.
— Мейз... — Дима повернулся к ней, его глаза стали серьёзными. — Они не остановятся.
— А я разве просила их останавливаться?
— Ты не понимаешь, — он невесело усмехнулся. — Эбернетти страшный человек. Он допрашивал меня. О тебе.
Лёд пробежал по спине.
— И что ты ему сказал?
— Что не знаю, что ты скрываешь. — Дима посмотрел ей прямо в глаза. — Но это враньё. И он это знает.
Мейз нахмурилась и неуверенно посмотрела на него.
— И что ты обо мне знаешь?
— Да есть кое-что, — он откинулся на дерево и повернул к ней голову, улыбаясь. — Думаешь, многие ведьмы получают силы и разговаривают с демонами?
Удивления слова не вызвали. Мейз тяжело вздохнула, отворачиваясь.
— Если ты уже все знаешь, то зачем спрашивал меня про то, с кем я говорю?