Мейз кивнула, стараясь не поддаваться на провокацию.
— Мне казалось, что тебе это не надо, — укорила её Сандра.
— Я не буду с тобой говорить о том, что в моей голове, — наотрез заявила Мейз, её голос дрожал от напряжения. Она понимала, что разговор зашел слишком далеко.
Дима прислонился бедром к столу, взял со столешницы старый фолиант и бросил его на колени Сандре.
— Короче, — начал он, — я знаю, как нам дать Исталь то, что она хочет.
— Какого черта? Что я пропустила? — возмутилась Сандра, бросив на него недоуменный взгляд. — Давно ли мы ведем дела с Исталь?
— А меньше дуться на меня надо, — Мейз сложила руки на груди, словно стараясь ограничить поток эмоций. — Исталь дала понять, что играет против Суми. И сказала, что если я смогу предоставить ей доказательство, которое уличит Верховную в использовании темной магии — она передаст его Салемским.
Сандра пораженно хмыкнула, её глаза расширились от неожиданности.
Дима развернул перед Мейз фолиант, пыль висела в воздухе, а свет единственной лампы отбрасывал странные, танцующие тени.
— Нам нужна частица божественной энергии, — сказал он, указывая на строки, написанные выцветшими чернилами. — Без этого заклятие сокрытия не снять.
Возле них появился Велиал, усмехнувшись, его ноги качались в воздухе, как будто он не ощущал притяжения.
— Перо ангела. Достаточно одного, — беспечно сказал он, и его голос эхом разнёсся по комнате, оставляя лёгкий налёт беспокойства.
Дима кивнул.
— Что это? — нахмурилась Сандра, её брови сошлись на переносице.
— Велиал, — быстро сказала Мейз, указывая на демон, но тот уже исчез в воздухе.
Через мгновение из коридора донёсся крик — тот самый ангел, что ходила по Академии. Девушка вскрикнула от боли, и в воздухе повисло нарастающее напряжение.
Велиал вернулся, сжимая в руке сверкающее перо, которое светилось холодным светом, как кусочек луны, указывая на свои добытые трофеи.
— Лови, солнышко, — бросил он, положив перо Мейз на голову с игривой ухмылкой.
Сандра замерла, увидев перо, появившееся из ниоткуда.
— Это... — замялась Сандра, не веря своим глазам.
— То, что нам нужно, — перебила Мейз, пряча перо в карман. Её пальцы обожгло, как будто она схватила раскалённый металл, и чувство тревоги прокатилось по её телу.
— Как удобно, — Дима с усмешкой посмотрел куда-то в сторону коридора.
— Мы рискуем, но у нас нет выбора, — начала Мейз, чувствуя, как тот же риск манит к себе, словно опасный соблазн. — Мы должны скомпрометировать Суми, чтобы весь ковен от нее отказался.
Сандра переглянулась с Димой, затем сжала кулаки в решительности.
— Хорошо, тогда давайте закончим это, — сказала она, готовая на всё ради их общего дела.
Мейз почувствовала, как внутри неё зажглось пламя надежды, слияние их намерений создавало пространство для перемен. Теперь им было нужно только одно — действовать.
Из коридора донесся пронзительный крик.
— Мое перо! — голос ангелицы звенел, как разбитое стекло. — Велиал, ты мерзавец! Я убью тебя!
Дверь с грохотом распахнулась, и в проёме возникла ангелица. Её серебристо-золотые волосы метались, как разъярённая стихия, а белые одежды вспыхивали ослепительным светом. Одно крыло за её спиной подрагивало — на месте самого крупного пера зияла кровавая рана.
Велиал тут же материализовался перед ней с театральным поклоном.
— Любовь моя! Как ты прекрасна в своём гневе!
— Отдай! — она бросилась на него, но демон ловко уклонился, обняв её за талию.
— Ну зачем так нервничать, солнышко? — он прижал её к себе, игнорируя молнии, бившие из её рук. — Одно перышко — а сколько эмоций!
— Ты... ты... — ангелица задыхалась от ярости. — Я тебя прокляну! Я сделаю так, что...
— Что я буду страдать вечность? — Велиал притворно вздохнул, поглаживая её по спине. — Ох, уже делал, помнишь? В 1342 году? А потом мы всё равно помирились...
Мейз и другие замерли, наблюдая эту сюрреалистичную сцену. Ангелица вырвалась из объятий, её лицо исказила гримаса ярости.
— На этот раз я добьюсь твоего падения!
— Конечно, конечно, — демон махнул рукой, как взрослый, успокаивающий капризного ребёнка. — Но сначала давай не мешать детям, а? Они такое интересное заклинание делают...
Ангелица бросила взгляд на троицу, на пылающее перо, и её лицо вдруг исказилось пониманием.
— Вы... вы не понимаете, что делаете! Это же...
— Ой, давай не это, — Велиал обхватил ангелицу и исчез.