Если за этим и крылся намек на нерадивость навигатора, то его нельзя было рассмотреть за вежливой невозмутимостью. Только непомерная усталость пробивалась в том, как Ирдис отвечал и как стоял над сундуком, поймав себя за локти.
— Заявку на запас вы должны были отправить голубем в Приказ, — потемнел капитан. — Мне ли вам напоминать, что за казенный счет разрешено брать лишь артефакты ладийской чаровки с клеймом имперской проверки?
Прямой и холодный взгляд интенданта придавил Рауля на миг, потом вновь обратился на Бердинга.
— Казенные уж очень быстро разряжаются.
«Он что-то скрывает от Бердинга», — понял Рауль.
Он в который раз примерил к Ирдису маску злодея. Та очень шла к его бледности и взгляду, но затем совершенно отваливалась. Ловкий интендант действовал как безупречный истовый служака, хотя и говорил не все.
«Ты и сам говоришь капитану не все», — сказал себе Рауль внезапно.
Так что же — Ирдис мутен только потому, что мало доверяет Бердингу?
— Закон есть закон, — изрек сурово капитан. — Я могу вас привлечь за растрату.
Показалось, что вечно безразличный интендант усмехнулся вызывающе.
— Эти артефакты я приобрел на собственные средства.
Однако! Рауль растерялся. Артефакты — игрушка дорогая, а по рубахам и платкам простого полотна Ирдис не выглядел богатым. Зачем ему тратить последнее на камни, когда он жаждет никуда «Императрицу» не пустить? Перепродать едва ли можно с выгодой, она не оправдает вложенных хлопот.
— Зачем? — переспросил капитан, наружно удивленный не меньше навигатора.
— Не могу позволить голодать команде, — пожал плечами Ирдис. — Сам тоже не желаю. Вы очень мудро распорядились взять меня с собою, господин капитан. Зимние вещи мне доставят в субботу, и к выходу мы будем готовы в ближайший понедельник, согласно распоряжениям Приказа.
Он уже почти дерзит! Провоцирует? Выясняет что-то? Бердинг тоже это отметил и, кажется, с Ирдисом он по привычке гневался особенно легко.
— Вы намерены оспорить мой приказ?
— Никак нет, господин капитан. Напротив, очень одобряю. Вы так печетесь о команде, тренируете ее к любым невзгодам — хотя не забываете упомянуть, как мало жаждете идти с ней в Ледяное море.
— Что вы несете, господин интендант? — прищурился Бердинг. — Вы что-то пили с утра?
— Разумеется, нет, — бесстрастно отозвался тот. — Я же не пью, как и лейтенант Дийенис.
Рауль едва не вскинулся на эту тонкую издевку, когда по виду Ирдиса вдруг понял: тот серьезен — как всегда. Так он отлично знал, что первый навигатор не подвержен этой страсти?
— Увы, не все обо мне такого лестного мнения, — вмешался Рауль, надеясь уловить детали. — Особенно после беседки.
Интендант пожал плечами.
— Я отлично видел, что рюмка облепиховой наливки перед вами там простояла нетронутой весь ужин, вам до нее и дела не было.
Совершенно случайно в этот момент Рауль взглянул на Бердинга. Совершенно случайно он заметил, насколько капитан был изумлен подобной новостью — моргнул и почти по-мужицки погладил короткую рыжую бороду.
Мысль Рауля бежала вперед. Яснее ясного, что Ирдис не стал бы бросать в воду трезвого мага-навигатора — это значительный риск и никакого смысла. На него покушался поверивший в хмель.
Только в списке уже вычеркнуты Мартьен и Оскарис, Алваро и Бердинг, и лишь первые трое — на основании фактов. Своего капитана Рауль оправдал одною верой в то, что над командой не стоит подлец.
Выходит, он поверил преждевременно?
Сам Ирдис — очевидно уже, невиновный — то и дело колол Бердинга, надеясь на его осечку. Капитан мрачнел.
— Какие артефакты вы еще храните здесь? — вернул он жестко.
Ирдис проскользил глазами по своим вещам, столу и шифоньеру. На половине Оскариса лежали брошенными книги и арсийские газетные листы, на стуле повис шелковый шейный платок, из-под койки высунул нос чемодан прочной кожи. Часть каюты, занятая Ирдисом, смотрелась нежилой от пустоты и неестественного блеска.
— Лампа, — скользя глазами, вспоминал хозяин, чем еще владел. — Утюг с чарованным нагревом. Кляксостиратель.
Он замолчал — недолгий список исчерпался.
— Вы удовлетворены, лейтенант? — нежданно обернулся Бердинг, подчеркивая, кто инициировал этот позорный обыск. — Желаете что-то еще осмотреть?
Рауль прислушался. Среди вещей в каюте больше ничто не привлекло его внимание. Сосед интенданта, Оскарис, был магом и в бытовых артефактах нужды не имел, так что ничего с отзвуком кода не держал на своей половине. По части магии в каюте все было невинно. Рауль и сам уже уверился, что изможденный Ирдис не имеет отношения к трагедиям последних дней.