Кому надо дал на «лапу», кого надо «подмазал» и у нового контрактного батальона даже появились три штатных танка Т-80М, не считая многочисленных БТРов и другой колесной техники. Вот, тогда от Семашко и поступило хорошее предложение. В отличии от других вояк наш командир был всесторонне развит и не «чурался» знаний эзотерики и он предчувствовал, что не все еще закончено, впереди опять будут затяжные бои.
Просто чеченским боевикам нужна была передышка и перевооружение. Деньги рекой лились к боевикам и подпольному правительству Ичкерии от спонсоров арабского мира и ЦРУ, принуждая тех вести дальнейшие боевые действия на территории бывшего СССР. Врагам нужно было втянуть Россию в кровавые внутренние разборки, чтобы русские больше не лезли в большую политику, где на месте бывшего Советского Союза остались свободные вакансии и можно было взять под свою опеку, как бывшие страны Европейского сообщества, так и другие страны арабского Востока.
Просто наш командир все это чувствовал пятой точкой и не хотел меня отпускать на гражданку, а я устал за два года срочной и четыре контрактных. Шесть лет войны за спиной, пора получать мирную профессию, как говорит мама оженится и наконец остепенится. В основном все заработанные мной деньги уходили моей семье.
Я отправлял их своей маме, а там она уже сама все распределяла и говорила мне в письме, что на свадьбу мою накопила, сейчас откладывает на квартиру. Хех, я посмеялся про себя, чтобы накопить на квартиру в Москве, мне нужно еще этак лет двадцать повоевать и не факт, что я выживу. Про нашу роту спецназа наслышаны все боевики Ичкерии и не без основания нас бояться.
Семашко стоит горой за нас и иногда время от времени «заносит» куда надо, поэтому нас так сильно не трогает высокое начальство только, когда реально нужно выполнить боевое задание, тогда о нас вспоминают. Оказывается за все эти годы майор Семашко, несколько солдат и офицеров нашей роты спецназа, составили так называемый закрытый «клуб». Типа куда вход только для избранных.
Все в роте об этом знали, но помалкивали. Слишком любопытные быстро исчезали из расположения роты, т. е. их отправляли в другие части, об этом заботился командир. Хех, это был не закрытый знаменитый «Бедельберский клуб», это я стебаюсь про себя, но когда узнал, чем они занимаются, то крепко задумался. А занимались они экспроприацией экспроприаторов и чтобы ясно вам обозначить их деятельность, то скажу.
Они во главе с Семашко тайно разрабатывали операции по незаконному изъятию ценностей у боевиков, которым поступали средства от «спонсоров». Иногда это были, должен сказать, довольно немалые суммы. И учавствовал в разработках операций, заметьте, сам глава контрразведки полка, куда входил батальон спецназа Семашко, а куда уходили связи этих двоих, сговорившихся «живчиков» один бог знает. Вот откуда у них деньги, чтобы «заносить» немаленькие суммы куда надо и себя не обижали.
Об этом их подпольном клубе не знал даже комполка, настолько у них все было законспирировано. Вот в такой клуб мне и предложил вступить наш «подпол», чтобы не терять такого специалиста, как я. Говоря при этом мне, какие преференции меня ждут в случае моего согласия продлить контракт еще на четыре года и какая зарплата у меня будет. В случае моей смерти у клуба есть общая казна, из которой моей семье выплатят компенсацию в один миллион долларов.
Представляете, какие здесь крутятся деньги? И добил меня Семашко тем, что по окончании следующего четырехлетнего контракта я смогу купить себе квартиру в любом месте Москвы, хоть в центре. А, вы бы не согласились? Пока молодой, мне кажется я смогу свернуть горы. Кстати у меня Дар перешел еще на один уровень. Ну я это так условно говорю. Это несколько другое, я стал чувствовать эмоции людей.
Все началось, когда мы вернулись из того невозможного похода по горам, наверное стресс сказался, знаете быть всегда под напряжением целую неделю. Сначала это было, как ручеек, а потом это хлынуло на меня полноводной рекой, заглушая все чувства, пока я не потерял сознание и не провалялся в госпитале целую неделю. Вот там, после того, как очнулся, я все время пытался совладать с этим несчастьем, как мне подумалось.
Мне понадобилось еще месяц, чтобы привести все чувства в порядок и наконец хоть чуть-чуть научился контролировать свои эмоции, вернее меньше чувствовать чужие эмоции. Научился выставлять плотину на пути эмоций и уметь ее немного открывать. А затем и вовсе научился выставлять фильтры и процеживать нужное. Вот, тогда меня и накрыло, одновременно и обрадовало. Слушать чужие эмоции не только можно, но и полезно. Теперь навряд ли найдется тот человек, что сможет меня обмануть, противник сможет скрыть свои мысли, сделать каменной физиономию, но эмоции он скрыть не в силах. Так я стал эмпатом.