Наконец-то ключ состыковался с замком, и я попала в кабинет. Полила цветы, включила компьютер и отправилась ставить чайник в наборный цех, где лет двадцать назад стояли линотипы - наборные строкоотливные машины, а сейчас помещение приспособили под редакционную столовую. Соня ждала от меня новостей. Личных. А редактор - статью о фестивале молодежных субкультур. У журналистов не бывает спокойного отпуска, как и выходных - обязательно случается что-то такое, о чем написать надо было еще вчера.
- О, сразу видно - человек в отпуске! – то ли съязвил, то ли похвалил мое легкомысленное платье единственный в редакции мужчина-корреспондент Сашка Листов. Вообще-то, даже вот так: Листоff. Но статьи в газете так подписывать ему не разрешали.
Он шумно, будто в компании громкоголосых людей, поднимался по лестнице с первого этажа из типографии. Оказалось, он слушал на ходу диктофон и кивал невидимому собеседнику. Черные короткие кудряшки торчали во все стороны, как маленькие антенны, трехдневная щетина покрывала его по-детски пухлые щеки, а клетчатая рубашка распахнулась, обнажая смешную надпись на черной футболке: «Будущий олигарх».
- О, сразу видно - человек зарабатывает гонорар! – подхватила я его тон. Как Сашка ни старался, ему редко удавалось заработать желанное вознаграждение. Я часто спрашивала, что он делает в провинциальной редакции в своем прекрасном 30-летнем возрасте и с мечтой стать олигархом? Он вздыхал и намекал на любовь к профессии. Но его статьи не подтверждали эту версию. Мы пересеклись возле раковины. Сашка попытался ухватить меня за бок, но я увернулась, угрожая полным чайником. На том и разошлись.
Чайник вскипел и томно выдохнул, щелкнула и погасла красная кнопка. И тут же в двери показалась наконец-то улыбающаяся Соня. Она держала в руках кружку и два пакетика чая.
- По-любому у тебя нет!
- Угадала! Но есть пряники.
- Это хорошо. Хоть немного подсластим жизнь.
Она поставила кружку на салфетку и осмотрела длинный стол, покрытый клеенкой с подсолнухами. На нем опять стояли чьи-то чашки, оставленные после чаепития, и Соня начала ворчать. Порядок во всем был ее пунктиком.
- Я решила уволиться, - сказала я между прочим, открывая пакет с пряниками, шоколадными, как любила моя подруга.
Соня забыла про кружки, округлила глаза и села на стул.
- Вот это новости, прямо на первую полосу! - выдохнула она. - Ты хорошо подумала?
- Даже лучше, чем над статьей, которую собираюсь сегодня сдавать, - заверила я.
- Как скажешь об этом Алле? - пытала Соня. И все еще удивленно смотрела на меня.
- Не знаю, еще не придумала...
- Значит, решила все-таки уехать, - Соня вздохнула и предложила еще раз подумать, а главное - пока ничего не говорить новому редактору “Вятанской Нови” Алле Андреевне. Она точно обрадуется, а я могла пожалеть о своем решении. Тут я могла возразить - одним больше, одним меньше, столько неправильных решений было в моей жизни, что теперь какая уже разница.
- Слушай, а твой бывший попросился ко мне в друзья, ну, в этом, ВКонлайке, - сказала она, когда я уже уходила, - только он зачем-то имя сменил. Савелием подписался…
Странно, конспирируется, что ли? Через подруг решил за мной наблюдать? Внутренний голос подсказывал, что просто так бывший муж не исчезнет из моей жизни. Слишком причудливо переплелись наши контакты.
Глава 7. Адская техника
Его контакт я переименовала. Так и написала - бывший. И эта надпись еще ни разу не высвечивалась на экране моего телефона. До меня долетали какие-то вести о нем, как недавно от Сони, но мне он не звонил. “А что, если с ним что-нибудь случилось?” Эта мысль периодически всплывала, как подводная лодка, на поверхность океана моей тревожности. Особенно, когда я начинала хоть чуть-чуть радоваться жизни.
Я ничего не знала о нем с весны, с того самого дня, когда вышла из здания суда и свободно вздохнула. Почти полгода, получается. Возможно, он хотел, чтобы я сама начала его разыскивать. Не дождется. Я твердо решила вычеркнуть его из своей жизни. Наверное…