— Лира? — удивился мой спутник. — Что-то случилось?
— Конор, давай вернемся, — тихо сказала я.
— Куда вернемся?
— Назад к театру. Лучше нам пойти по другой дороге.
— Ты думаешь?
Думаю, да. Но совершенно не могу объяснить почему. Какое-то внезапное предчувствие, странное, на уровне интуиции буквально возопило: через сквер идти нельзя! Внутри же поднималось и нарастало непонятное чувство тревоги — липкой, смутно знакомой, будто уже пережитой когда-то очень давно. Своей интуиции я привыкла доверять, а потому выдавила улыбку и произнесла:
— Знаешь, я сто лет не гуляла по Центральному Проспекту. Сейчас, в сумерках, там должно быть очень красиво.
— Наверняка, — ответил Конор. — Но тогда придется топать пару лишних километров, а ты — на каблуках.
— Не беда, — отмахнулась я. — Если сильно устану, можно будет проехать пару остановок на трамвае.
Руби согласно кивнул, и мы пошли обратно. С каждым шагом, мое внутреннее напряжение становилось слабее, а когда мы ступили на тротуарную плитку главной городской улицы, исчезло совсем.
На самом деле, пройтись по Центральному Проспекту было не такой уж плохой идеей. Это место и в свете дня, и в свете фонарей выглядело восхитительно. Как, собственно, и полагается лучшей улице города: высокие красивые здания ведомств и учреждений, яркие витрины магазинов и вывески дорогих ресторанов, нежные скульптурные группы и фонтаны (пока еще не работающие из-за холодной погоды) — все это делало Проспект потрясающе красивым и притягательным.
Мой спутник явно был со мной согласен.
— Нам определенно стоит чаще гулять вместе, — сказал он. — Скажи, Алира, знаешь ли ты, что в нашем городе есть музей музыки ветра?
— Нет, — удивилась я. — А что он собой представляет?
— О! — мечтательно улыбнулся Конор. — Это сеть широких открытых площадок, на которых установлены стойки с тонкими металлическими трубочками. Когда дует ветер, от каждой стойки звучит мелодия, а все вместе они складываются в громкий потрясающий хор. Причем, на каждой площадке звучит разная музыка — от классики до современной эстрады.
— Вот это да!
— Если хочешь, мы можем выбрать день и сходить в этот музей. Сейчас весна, и трубочки будут играть песни настоящего ветра. Летом же, когда наступает штиль, служители музея включают специальные вентиляторы. Но от них мелодии получаются уже не такими красивыми.
— Конор, — я чуть сильнее сжала его руку. — Можно задать тебе личный вопрос?
— Задавай.
— Почему ты не женат? Такой умный, интересный, работящий. Как вышло, что ты до сих пор один?
Он коротко усмехнулся и плотнее прижал мою руку к себе.
— Я был женат. Давно. Но мы с супругой развелись. А больше я не женился по той же причине, по которой и ты не вышла замуж — просто так сложились звезды.
Что ж, хоть один человек меня понимает.
Помнится, Марита говорила, что Руби, как и я, в одиночку воспитывал ребенка — сына. Только его мальчик на несколько лет старше моей девочки, а еще он недавно женился и переехал куда-то в пригород.
Я было хотела поинтересоваться не собирается ли Конор стать в ближайшее время дедушкой, как вдруг мой взгляд скользнул в сторону и наткнулся на Лутора Крега. От неожиданности я чуть замедлила шаг.
Господин маг спускался на тротуар по каменной лестнице одного из государственных учреждений, расположенных на противоположной стороне улицы. Рядом с ним шел незнакомый мне мужчина, который что-то воодушевленно ему рассказывал, энергично при этом жестикулируя. Лутор выглядел хмуро и устало — похоже, у него только что закончился рабочий день.
Я уже хотела отвернуться, как вдруг Крег-старший поднял голову и его взгляд встретился с моим. Чародей резко остановился на последней ступеньке, а на его лице мелькнуло удивление. Он быстро стрельнул глазами на моего спутника, которого я по — прежнему держала под руку, после чего на меня буквально дохнуло (через всю-то улицу!) холодом и раздражением.
Чуть обескураженная, я вежливо кивнула потенциальному родственнику головой. Лутор в ответ слегка поклонился, продолжая буравить нас Конором пристальным злым взглядом.
— Кто это? — спросил Руби, который, конечно же, заметил наши с Крегом телодвижения.