С любопытством оглядываясь по сторонам, я пересекла прихожую, заглянула в расположенную на этом же этаже гостиную и небольшую столовую, объединенную с кухней.
В загородном доме Крегов действительно было очень уютно, чисто и светло, но при этом совершенно пусто: тяжелая деревянная мебель, камин, сувенирные статуэтки диких медведей и — ни одной живой души.
Позади щелкнул замок. Обернулась и увидела своего спутника, который как раз запирал входную дверь. Рядом у стены стояли белые продуктовые пакеты.
— Лутор, а где же дети? — спросила я.
Он молча пожал плечами. В этом его движении было что-то такое, от чего мне стало не по себе.
— Они ещё не приехали? — решила уточнить я.
— Не приехали, — невозмутимо ответил мужчина, левитацией отправляя пакеты с едой в кухню.
— Лутор, — у меня внутри начало расти беспокойство, — а они вообще приедут?
Он повернул ко мне голову, посмотрел прямо в глаза.
— Вряд ли.
— Так, — выдохнула я. — Если Ланы с Дэном тут нет и не будет, зачем же ты привез сюда меня?
— Хотел поговорить с тобой, Алира, — маг подошел ко мне вплотную. — Серьезно и наедине.
— Погоди, — мои брови поползли на лоб, — ты что же, меня похитил?
— Да, похитил, — просто и зло согласился Лутор. — Тебе ведь нравится играть в игры? Верно, госпожа Ланифи? Так давай поиграем в похищение. Только водить теперь буду я.
— Знаешь, я тебя не понимаю.
— Серьезно? — Крег старался говорить спокойно, однако было видно, что он с трудом сдерживает даже не злость — ярость. — Ты считаешь меня идиотом? Или мальчиком, с которым можно шутить? Которому можно вешать на уши лапшу, Алира?!
— Лутор…
Он схватил меня за плечи и в одно мгновение прижал к стене.
— Тебе нравится меня мучить, да? — зашипел мне в лицо. — Нравится смеяться надо мной?! Отказывать мне в свиданиях, но при этом принимать подарки, улыбаться и в то же время встречаться с другими мужчинами?
— Лутор…
— Ты ведь вчера вечером не на работе была, госпожа пряха. Ты ходила слушать музыку ветра в компании своего долговязого слесаря!
— Ты следил за мной? — возмутилась я.
Попыталась вырваться, но сильные руки сжали крепче. Его дыхание почти обжигало мое лицо, а тихая речь превратилась в гневный шепот.
— А почему бы мне не следить? Ведь самой тебе плевать абсолютно на все — на собственную безопасность, на мои чувства, на свое доброе имя…
— Лутор, не заговаривайся, — испуг сменился возмущением. — Уж имя-то мое по-прежнему осталось добрым и чистым. Я просто сходила со своим приятелем в музей…
— Я не собираюсь тебя ни с кем делить, — перебил Крег. — Ни с приятелями, ни с коллегами, ни с ткачами. Ты будешь только моей, Алира. Прямо сейчас.
Прежде чем я успела что-то сказать, он резко подался вперед и впился губами в мои губы.
Ужас пронзил буквально с головы до ног.
Неужели изнасилует?..
Судя по решительному настрою Крега, к этому как раз и шло. Его поцелуй, страстный и жесткий, больше напоминал укус — лаской тут и не пахло, а пальцы, стиснувшие мои плечи, совершенно точно оставят после себя синяки.
В этот момент я, как никогда, почувствовала себя маленькой и беспомощной. Осознание того, что это большой, сильный, почти неадекватный мужчина может сделать со мной все, что угодно, привело в состояние, близкое к панике. Что было сил я забилась в его руках, пытаясь если не высвободиться, то хотя бы отвоевать себе немного воздуха, чтобы вздохнуть.
Лутор не обратил на мои трепыхания никакого внимания. Возможно, даже их не заметил. Плотнее вдавил в деревянные панели стены, еще сильнее сжал руками. От внезапной боли я сдавленно вскрикнула. Что интересно, именно этот мышиный писк подействовал на взбесившегося мага лучше всех пинков, толчков и щипков.
Он вдруг разорвал поцелуй и уставился в мои полные ужаса глаза. Его бешеный лихорадочный взгляд почти сразу стал нормальным, а потом — испуганным.
— Лира… — прошептал Лутор. — Господи, Лира…
А меня вдруг начало трясти — по телу одна за другой побежали волны крупной дрожи.
Крег тут же ослабил хватку, а потом, словно сдувшись, скользнул вниз, к моим ногам. Через мгновение он, уже стоя на коленях, обнимал меня за талию и бормотал куда-то в мой живот:
— Прости меня, прости, прости…
Вернувшаяся возможность дышать полной грудью, несколько успокоила.
— Знаешь, меня поражает многогранность твоей натуры, — глухо сказала я. — Ты со всеми такой несдержанный или только со мной?