— Что скажешь, мам? Есть у нее магические способности?
— Конечно, — кивнула я. — Дар совершенно определенно имеется, правда, проснется он годам к семи, не раньше. Но узелки его магических нитей видны уже сейчас. Сильная будет чародейка.
— Она тоже пряха?
— Нет, — улыбнулась я. — Но у девочки явно просматриваются разносторонние магические задатки. По всей видимости, она будет владеть и ткачеством, и традиционной магией.
О том, что с возрастом волосы малышки станут белыми, как снег, а глаза прозрачными, как озера, я говорить не стала. Как и о том, что в одной восточной деревне таких людей на протяжении столетий называли «кейа».
Что ж, наши гены оказались не менее сильными, чем гены господ Крегов. Впрочем, какое это имеет значение? Главное, что Тарья у нас есть, а уж направить ее будущие недюжинные способности в нужное русло мы как-нибудь сумеем.
…После ужина внучка потащила нас с Лутором на прогулку в парк.
Пока мы неспешно прогуливались по его аллеям, она с радостными криками носилась по траве и скакала по бордюрам.
— Значит, у нас в семье появилась еще одна рукодельница? — улыбнулся Лутор, очевидно, вспомнив, давешнюю вышивку.
— Похоже на то.
— А шить ты ее тоже научишь?
— Если захочет, то научу. Причем, с огромным удовольствием. Тарья все схватывает буквально на лету.
— Да, — снова улыбнулся муж. — Какая же она замечательная! Знаешь, я иногда думаю о том, что мне в свое время в семье очень не хватало дочери.
— И слава Богу. Ты бы избаловал ее до невозможности.
— Может быть. Что поделать, своим любимым женщинам я ни в чем не могу отказать.
Это точно. По крайней мере, к моим желаниям и потребностям ты, дорогой муж, относишься с пониманием. С момента нашей свадьбы прошло почти восемь лет, и я за это время ни разу не пожалела, что стала твоей женой. Человек ты, конечно, непростой — жесткий, властный, эмоциональный, однако умеешь и выслушать, и услышать. А для меня это очень ценно.
Когда все страсти с ткачами ушли в прошлое, и наша жизнь вернулось в спокойное русло, оказалось, что тянуть лямку жизни в одной упряжке с мужем очень даже удобно. Что есть на свете мужчины, рядом с которыми чувствуешь себя женщиной, а не крепостной стеной.
Однако больше всего мне нравилось то, что Лутор согласился с моим решением и дальше заниматься пошивом одежды.
— А как же твоя аристократическая репутация? — спросила я у него как-то раз. — Помнится, когда Дэннер стал поваром, ты жутко негодовал. Разве жена-портниха не бросит тень на славное имя твоего рода?
— Мой род как-нибудь это переживет, — отмахнулся муж.
— А как же пересуды, шепот за спиной?
— Пусть болтают, на здоровье. Хотя, знаешь, лично я пока ещё не видел ни одного косого взгляда, брошенного в нашу сторону. И знаешь почему?
Конечно знаю. Потому что примерно треть великосветских дам теперь систематически посещает мое ателье.
— Я тебе отвечу сам: потому что такая женщина, как ты, может позволить себе любое увлечение.
Ну… Пусть будет так.
К слову об увлечениях. На втором году нашей супружеской жизни к шитью добавилось ещё одно «хобби», которое очень скоро стало для меня необходимым, как воздух.
Помнится, был субботний вечер, и мы с Лутором возвращались домой после похода в театр. Позже муж так и не смог объяснить, что заставило его свернуть с привычной дороги в сторону и проехать мимо клиники экстренной медицинской помощи.
А я так и не поняла, почему, проезжая вдоль этого серого невзрачного здания, вдруг потребовала остановить машину, а потом бегом бросилась к подъехавшей неотложке…
Старая пряха была права, свою сущность долго в узде держать нельзя, рано или поздно скопившаяся сила потребует выхода. Волшебная одежда — это, конечно, хорошо, но для зрелой, вошедшей в полную силу колдуньи, все-таки очень мало.
Я не помню, чью энерготкань чинила в той старой замызганной машине. Знаю только, что исправить возникший дефект было не так уж сложно, а радости это доставило столько, что отличное настроение не покидало меня в течение нескольких дней.
С тех пор, время от времени, на дисплее моего телефона появляется номер дежурного целителя клиники экстренной помощи, после чего я оставляю все свои дела и спешу на вызов, чтобы заняться НАСТОЯЩЕЙ работой. Той, которая была мне назначена природой.
Лутора поначалу такое «хобби» очень напрягало. Впрочем, постепенно он смирился и с ним — после целой серии долгих и серьезных разговоров. Наверное, понял, что для меня оно стало очень важным…