— Когда человек, держа этот купол, или человеческий парус, как я его называю, спрыгнет с большой высоты, парус будет ловить в себя воздух, совсем как лист. Если все пойдет хорошо, мое изобретение сможет замедлить падение человека, и он целым и невредимым спустится на землю.
— Но кто же захочет прыгать с такой высоты? И зачем?
Учитель с удивлением воззрился на меня.
— Существует множество причин. Например, солдат, взобравшийся на стену замка неприятеля, чтобы шпионить или провести какую-нибудь диверсию. В случае, если его обнаружат, ему будет гораздо легче скрыться, спрыгнув. Это займет куда меньше времени, чем спускаться вниз обычным способом.
— Но сначала ему нужно будет подняться с этим парусом на стену, — осмелилась возразить я. — И я думаю, что карабкаться вверх с этим устройством за плечами окажется нелегкой задачей.
— Это не моя забота.
Снова щелкнув пальцами, Леонардо отмел это возражение.
— Это изобретение также можно использовать, чтобы спастись от пожара, возникни он в высоком здании. Не такое уж редкое явление в городе, как ты знаешь. Представь, сколько жизней может быть спасено, если в каждом доме будет несколько таких парусов. Или кто-нибудь захочет спрыгнуть с моста или скалы, чтобы испытать ощущение полета.
— Святая кровь, какой ужас!
Я с тревогой уставилась на учителя, представив себе, как он прыгает с чего-нибудь жутко высокого, держа в руках эту ненадежную штуковину.
— Вы уже делали это? — выдохнула я.
К моему облегчению, он покачал головой.
— Пока еще нет, хотя, возможно, однажды я попробую. Но я вновь вернулся к работе над этим изобретением из-за трагической смерти женщины, упавшей с башни. И именно этот вопрос я хотел бы обсудить с тобой.
Он сделал паузу и чуть иронично улыбнулся мне:
— И снова ты впутал меня в таинственную историю, милый Дино, поскольку я подозреваю, что со смертью этой молодой женщины все не так просто, как это может показаться на первый взгляд.
Он поднялся из-за стола и принялся мерить шагами комнату, как всегда делал, когда давал нам лекции в мастерской.
— Как ты знаешь, я присоединился к нашему многоуважаемому хирургу, — при упоминании давнего недруга он поджал свои аристократические губы, — и осмотрел тело несчастной жертвы. Известно ли тебе, Дино, что происходит с человеком, когда он — или она — падает с большой высоты?
Я молча покачала головой, не испытывая особого желания быть просвещенной в этом вопросе, но зная, тем не менее, что выбора у меня не было.
Не замечая моего испуга, он взял одну из глиняных моделей. На той же полке лежал сложенный холщовый мешок. Он завернул в него статуэтку.
— Здесь играют роль множество факторов, — продолжил он, оборачивая мешок веревкой. — Таких, как угол падения, поверхность и, разумеется, высота. Смерть может быть вызвана разными причинами. Часто человек ударяется непосредственно головой, что обычно приводит к перелому шеи. Иногда позвоночник и кости бывают раздроблены. В других случаях причина смерти может быть менее очевидна, — добавил он, вдруг выронив из рук мешок.
Я вскрикнула, увидев, как сверток с глухим треском упал на деревянный пол. Он спокойно наклонился и поднял мешок, и я поняла, что он сделал это нарочно. Драматическим жестом он развязал веревку и высыпал осколки статуэтки на стол.
— Как ты видишь, сам мешок остался неповрежденным, — объявил он, показывая мне полупустой куль, — но, к несчастью, модель внутри настолько повреждена, что ее уже нельзя восстановить. То же самое происходит с человеком, который падает со значительной высоты.
Он пожал плечами.
— Вот если бы она упала с другой стороны башни, то могла бы выжить. С внешней стороны замка у подножия башни просто земля. Но внутри есть большой портик. Его крыша замедлила бы скорость ее падения, и, возможно, она бы осталась жива, хоть и получила бы серьезные травмы.
Несмотря на эти уверения, я судорожно сглотнула, неотрывно глядя на глиняные осколки, когда-то бывшие красивой статуэткой. Просто удивительно, как с помощью холщового мешка, кусочков глины и силы слов учитель может нарисовать картину ужасной смерти.
— И это возвращает нас к вопросу о погибшей женщине, — продолжил он, выкидывая мешок. — Я выяснил, что ее звали Беланка. Она была горничной воспитанницы герцога, Катерины, дочери покойного графа ди Сасина. Поскольку у графа не было сыновей, Катерина унаследовала титул. Как бы то ни было, отсутствие Беланки не осталось незамеченным. Одна из служанок Катерины опознала тело.
Значит, я правильно определила положение и род занятий женщины. И все же я чувствовала, что с ее смертью связана какая-то тайна. И я уже начала догадываться, какая.