— Понятно, — растерянно ответила я и опустила взгляд, внезапно почувствовав себя дурой. Мне следовало бы лучше знать учителя и догадаться, что он не мог на самом деле всерьез писать эту чушь. Кто знает, возможно, мой отец тоже вынужден сочинять столь же заискивающие послания своим заказчикам?
— Не огорчайся, Дино, — попытался приободрить меня учитель. — Теперь ты знаешь правила игры и, когда станешь старше, с легкостью примешь в ней участие. Но обратимся к более важным делам. Расскажи мне, что ты узнал на похоронах Беланки.
Я охотно ухватилась за возможность сменить тему, несмотря на то, что новый предмет разговора заставлял меня чувствовать себя столь же неловко. Я в подробностях рассказала, кого видела в часовне.
Мои умозаключения о том, что три светловолосые девушки тоже являлись горничными Катерины, были встречены одобрительным кивком, равно как и догадка, что пожилая рыдавшая женщина — та самая служанка, которая опознала тело Беланки.
— Без сомнения, это Лидия, — согласился учитель, — хотя нам нужно будет взглянуть на нее вместе, чтобы не осталось сомнений. Думаю, стоит узнать побольше о ее отношениях с Беланкой и выяснить причину столь сильной скорби.
Он с равным интересом выслушал мои выводы относительно носильщика и пажа, оба из которых вполне могли быть влюблены в убитую девушку.
— Очень хорошо, Дино. Я вижу, мои уроки по композиции картины не прошли для тебя даром, — одобрительно сказал он. — Известно, что действия могут сказать гораздо больше, чем слова. И тот факт, что эти двое намеренно сели так далеко друг от друга в таком ограниченном пространстве, говорит о многом. Ты сможешь нарисовать их?
Я сделала, как он просил, и была очень польщена, когда просмотрев наброски, он сказал, что теперь узнает этих людей. Покончив с этим, я также быстро расправилась с остальными прихожанами… Кроме одного. Когда я дошла до мужчины, который сел на скамью позади меня, уверенность меня покинула.
Мое первое впечатление было таково — опасный и привлекательный мужчина. Опасно привлекательный. Как мне показалось, он был на год или два моложе учителя, хотя жесткие линии на его лице усложняли задачу определения возраста. Он не носил бороду, но, похоже, бритва не касалась его лица уже несколько дней. Судя по черным вьющимся волосам чуть выше плеч и регалиям наемника, он, вероятно, был одним из солдат герцога.
За время своего пребывания при дворе я видела подобных мужчин бессчетное количество раз. Когда они не участвовали в сражениях и не несли караул у ворот замка, то в основном бесцельно шатались по округе. Эти солдаты в своих скандально коротких камзолах и пестрых штанах, с лихо прицепленными к поясу мечами были дерзкими и грубыми типами. Только самые отчаянные забияки, будь то мужчины или женщины, осмелились бы искать с ними ссоры.
И все-таки было что-то в этом человеке, что отличало его от этой неотесанной братии. Возможно, это была какая-то ленивая чувственность или окутывающий его терпкий аромат. Может быть, дело было в очертаниях его рта, говорящих о чувствительности их обладателя и одновременно холодной жестокости. Или в руках, слишком красивых и элегантных для человека, который зарабатывает себе на жизнь, размахивая мечом.
Мы встретились взглядами лишь на мгновение. В его обрамленных густыми ресницами темных глазах мелькнуло выражение равнодушного превосходства, когда он определил мой возраст, пол и положение. Очевидно, он счел меня недостойным своего внимания и обратился взглядом к действию, происходящему у ограждения алтаря.
Я поспешила последовать его примеру, пытаясь сосредоточиться на монахе, который перекрестил тело покойной и обрызгал его святой водой.
Пришло в голову, что этот мужчина был, вероятно, одним из тех наемников, о которых не слишком уважительно отзывался учитель, солдат удачи, посвятивший себя богу войны. Я должна была найти его пугающим и даже отталкивающим.
Однако, лишь обменявшись с ним короткими взглядами, я неожиданно и необъяснимо была очарована этим человеком.
Я продолжала смотреть прямо перед собой, несмотря на то, что мои щеки горели и наливались краской, так же как и шея. Я, конечно же, понимала, что мужчина позади меня понятия не имеет, что его присутствие так смущает меня. Без сомнения, он уже забыл о моем существовании и не вспомнит о нем, если только я не привлеку к себе внимание каким-нибудь неуместным поступком.
Но я никогда его не забуду, я в этом уверена!