– Хорошо… – выбора у меня нет. Вкусно есть я люблю, а вот готовить не очень. Тем не менее, взбираюсь на высокий табурет у кухонного островка и принимаюсь нарезать лисички.
– Хочешь бокал холодного Рислинга? – интересуется мама, доставая два фужера.
– И даже не один, – бубню я себе под нос.
Мама разливает вино, а затем поднимает тост.
– Я очень рада, что ты приехала!
– Я тоже…я тоже… – делаю глоток вина и снова берусь за готовку.
К семи вечера, когда возвращается отец, стол уже накрыт, новая бутылка Рислинга охлаждается в ведерке со льдом, а мои нервы на пределе. Не успеваем мы начать трапезу, как я выпаливаю:
– Почему вы ничего не говорили мне о тете Матильде?
Папа не доносит вилку с цыпленком до рта, а мама чуть не опрокидывает бокал с вином. Я выжидающе смотрю то на одного, то на другого.
– Откуда ты узнала о ней? – осторожно интересуется папа.
– От неё самой. Мой наниматель - господин Клод Ришар. Вам о чем-то говорит это имя?
Мама с папой переглядываются, в их глазах читается паника.
– Ты не говорила нам, кто тебя нанял… – почти обвиняющим тоном произносит мама. – Лишь написала "коллекционер из Руана, вы о нем не слышали"... Мы не думали…
– Да, я тоже не думала, что услышу о нем. Как и об его отношениях с моей мамой. О, да, и еще о том, что у меня есть живая родственница. Сюрприз! – я поднимаю руки и машу ими, изображая веселье.
– Стейси, – голос папы серьезен. – Мы с твоими родителями были близкими друзьями. И у нас есть веская причина, по которой мы ничего не говорили тебе о Матильде…
– Твоя мама нас об этом попросила… – перебивает его моя приемная мать. - У них с Матильдой произошла какая-то размолвка. Линда даже говорила, что та казалась ей помешанной, что она вступила в какую-то секту, и все время просила привезти тебя в Нормандию. Говорила, что ты нужна для какого-то ритуала и прочие бредни… Твоя мама очень за тебя боялась… Та авария…
– Лилиан! – отец предостерегающе смотрит на нее.
– Она должна знать. Та авария, в которой они погибли… – мама всхлипывает. - Ты была в тот вечер со своей няней, а Линда и Том отправились в ресторан, чтобы отпраздновать годовщину знакомства. Но во время ужина им позвонила Матильда и сообщила, что она в Париже и хочет встретиться с тобой. Они так спешили домой… что не заметили грузовик, который ехал прямо на них. Детка, они так любили тебя и друг друга, это страшная трагедия.
Я пытаюсь оправиться от потрясения. Если бы не приезд Матильды, мама с папой были бы живы… Но, в душе я понимаю, что здесь нет ее вины. Есть нечто важное, что она знает. И это что-то зависит от меня.
– Что именно хотела от меня Матильда?
– Это всё деревенские суеверия, – снова вступает в разговор папа. – Когда ты родилась, твои родители составили завещание, в котором назначили нас твоими опекунами, если вдруг с ними что-то случится. Мы были удивлены, ведь знали о том, что у тебя есть родственники. Тогда твоя мама сказала, что не хочет, чтобы ты была хоть как-то связана с Матильдой, потому что та находилась явно не в себе. И мы убедились в этом, когда встретились с ней в больнице после аварии. Так как мы стали официальными опекунами, то запретили ей приближаться к тебе, как того хотела Линда.
Она сказала мне, что звонила вам. Спрашивала про меня.
– Это правда! – отвечает мама. – Она несколько раз звонила нам и хотела связаться с тобой, но я не давала ей такой возможности. Лишь говорила, что у тебя все хорошо, что ты счастлива и занимаешься любимым делом. Не понимаю, как она нашла тебя?
– Не думаю, что это очень сложно в наш век технологий… – я залпом допиваю бокал и с громким стуком ставлю его на стол.
Никто из нас не ест и почти не двигается.
– Почему ты уехала, Стейси? Матильда сделала что-то странное, втянула тебя во что-то?
Мне хочется ответить, что так оно и было. Что я втянута в странную историю, которая не поддается никакому логическому объяснению. Но что, если это моя судьба? Очевидно моя родная мама хотела уберечь меня от всей этой мистики, в которую не верила сама. Но быть может я была втянута во все это еще до своего рождения? На кону стоит нечто большее, чем мои личные проблемы и обиды. Душа Дэниэля не может обрести покой, и пусть он и солгал мне, я должна дать ему шанс объясниться. Как дала его сейчас своим родителям. Как дам его Матильде, когда дочитаю дневник. Дневник! Пускай мне страшно, но я понимаю, что все началось задолго до моего знакомства с Дэниэлем. Я вскакиваю из-за стола, так и не притронувшись к еде.