– Этого было достаточно. Будем считать, что у тебя произошел сильный выброс эмоций, которой и спровоцировал перемещение. Однако, такое могло случиться только с тобой, ведь ты двойник. Матильда, например, тоже потомок Монвуазен, но она никогда не могла перемещаться в картину.
– Как вы познакомились с Матильдой? – задаю я ещё один волновавший меня вопрос.
– Она сама пришла ко мне, поведала подробности истории, которую узнала от своей бабушки, показала дневники. Это очень помогло мне осознать многое. Но самое главное, что Дэниэль заслуживает покоя. И ты можешь ему его подарить.
Комната погружается в молчание. Вот и всё, я услышала всё, что хотела. Вернее сказать… почти всё. Я не узнала ничего о том, как подарить жизнь человеку, в которого, похоже, начинаю влюбляться. Чувствую резко навалившуюся на меня усталость. Слишком много информации, слишком много ответов, слишком много непринятых решений. Я медленно поднимаюсь со стула и беру в руки сумку.
– Благодарю вас за эту беседу, – вежливо произношу я. – Я пока не готова сделать то, что вы меня просите, но тщательно всё обдумаю.
Разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь к двери.
– Стейси, – окликает меня мать-настоятельница. Я останавливаюсь, но не поворачиваю головы. – Помни, спасти можно лишь того, кто сам желает спасения. Каким бы живым и настоящим не казался тебе Дэниэль, он умер и потерял себя уже давно. Никто не сможет сохранить сердце, более полутора веков оставаясь заложником своего разума.
Я не реагирую на эти слова, хотя они цепко вгрызаются в мой мозг, и выхожу из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Покинув здание монастыря, я останавливаюсь на лестнице и жадно глотаю воздух. Легкие скованы тисками, а сердце… не сказать, чтобы болит, но изнывает. Так бывает, когда меня охватывает ложная тревога, и я начинаю лихорадочно убираться, чтобы спрятать её поглубже хотя бы на время. Но в этот раз всё иначе. В этот раз есть все причины испытывать беспокойство, ведь я получила ответы и теперь должна принять сложное решение. Вот только… это решение не моё. Дэниэля.
Оглядываюсь в поисках машины Дэвида, но на стоянке её нет. "Отлично, спасибо, что дождались!" Плюхаюсь на лавочку у входа и начинаю рыться в сумке в поисках мобильного телефона. Несколько послушниц проходят мимо и удивленно косятся в мою сторону. Вид у меня, наверное, плачевный. Да и к черту их! Посмотрела бы я, как они бы себя чувствовали на моем месте. Достаю телефон и вижу одно непрочитанное сообщение.
Дэвид: Отвезу Матильду в поместье и вернусь за тобой. Нам надо поговорить наедине. Дождись меня.
Бросаю мобильный обратно в сумку и откидываюсь на скамейке, запрокинув голову назад. Небо сегодня застилают серые тучи, вот-вот соберется дождь. От этого монастырь выглядит ещё унылее и мрачнее, чем есть на самом деле. Мыслями возвращаюсь к странному поведению матери-настоятельницы, которая на первый взгляд оставляет неприятное впечатление, но всё-таки… помыслы её кажутся искренними. Интересно, что сделало её такой чопорной и грубой, не желающей открываться людям? В голове снова всплывает фраза, брошенная ей напоследок: "Никто не сможет сохранить сердце, более полутора веков оставаясь заложником своего разума". Но он смог. Он кажется живым, веселым и милым. Да, порой бывает не в настроении, но кто из нас не бывает? У всех случаются плохие дни.
Протяжный гудок автомобиля вырывает меня из раздумий, и я замечаю подъезжающий джип Дэвида. Сажусь в машину и радуюсь, что в салоне тепло от обогревателя, так как уже успела продрогнуть.
– Холодно? – в своей обычной заботливой манере спрашивает Дэвид. – Матильда настояла, чтобы я захватил твою куртку, на случай, если ветер усилится. Достать тебе её?
– Было бы супер, я немного замерзла. – Дэвид берёт мою ветровку с заднего сиденья и накидывает мне на плечи. – Спасибо тебе!
Я смотрю на него - такого доброго, красивого, умного, и жалею о том, что ничего к нему не испытываю, кроме дружеской симпатии. Ну почему, почему я всегда выбираю не того парня? Ты милый и заботливый? Нет, спасибо, неинтересно. Ты манипулятор, играешь на чужих чувствах, а может ты призрак? Запакуйте двоих. Мне становится смешно и грустно одновременно.
– Слушай, прости меня, пожалуйста, правда… – Я касаюсь своей рукой его, надеясь, что он истолкует мой жест правильно. – Я не должна была срываться на тебя. Но что еще важнее, не должна была изначально давать тебе ложную надежду. Я просто… сама не знаю, хотела думать, что может быть когда-нибудь смогу стать кем-то другим. Но я продолжаю наступать на те же грабли. Я не лучший для тебя выбор, Дэвид…