Я и Дэниэль. Нам не суждено быть вместе. Не в этой жизни. И всё же у нас есть время. Несколько дней, которые мы можем провести рядом. Часы и минуты, которые я могу забрать у жестокой судьбы. Не знаю, думает ли он о том же. Хочет ли быть со мной в последние мгновения, но если есть хоть один шанс, что это так, я должна знать.
***
– Тук, тук, тук! – стучу в дверь гостевого домика, в нетерпении ожидая ответа.
– Входи! – из дальнего конца гостиной слышу голос Матильды. – Что-то случилось, милая?
– Матильда, верни мне, пожалуйста, портрет. Я хочу попрощаться.
Тетя поджимает губы, но через секунду сдержанно кивает. Сейчас или никогда. Пан или пропал.
Глава 18
Величайшая ошибка - думать, что страсть и чистая любовь несовместимы.
Единение влюбленных не является грехом, а без любви грехом становится все.
"Ветви дуба", Брайанна Рид
Сегодня мне не страшно. У меня больше нет сомнений, переживаний, иррационального желания убежать. Я полна решимости признаться Дэниэлю в своих чувствах. Мне не нужно больше страшиться будущего, ведь у нас его нет. Существует только настоящее - я и он. Не надо больше притворяться, пытаться быть той, кем я не являюсь, отрицать свою привязанность или идти на любые другие заигрывания с разумом. Сегодня всё прозрачно. Я - просто я.
И всё же меня пробирает легкая дрожь в тот момент, когда я в очередной раз смотрю на портрет господина Де Лабома, бывшего для меня когда-то совершенно чужим. Теперь же для нас двоих вряд ли можно найти определение. Мы не друзья, не любовники и даже не близкие люди. По крайней мере не в том смысле, под которым окружающие могут понимать настоящую близость. Единение душ и разумов. Мы по-прежнему незнакомцы, волей судьбы повстречавшиеся, и от неё же ожидавшие наказания разлукой. Тогда почему, несмотря на то, что мы по-прежнему чужаки, в данный момент я не хочу оказаться ни в каком ином месте, кроме как с ним?
Ответ прост. Любовь… влюбленность, можно разделять эти понятия, как многие впрочем и делают, объясняя это тем, что у данных чувств разная природа. Для меня же природа настоящей любви между мужчиной и женщиной исходит именно из иррациональной влюбленности. Та самая химия, которой мне не хватало в предыдущих отношениях, которую я не ощущала с Дэвидом, полностью завладевает мной при общении с Дэниэлем. Но важно то, что меня с ним связывает не только страсть, не только физика. Мне кажется, что я понимаю его. Понимаю, как человек, в какой-то степени так же крепко связанный собственным разумом. От себя не убежишь, не избавишься, не возьмешь отпуск. Стоит ли говорить, что все мы в той или иной степени заложники, просто некоторые скованы чуточку больше.
Я делаю глубокий вдох, прежде чем полностью поддаться порыву, и уверенно провожу пальцами правой руки по непослушному локону волос, искусно изображенному на портрете. Меня переносит в картину. Глазами я ищу человека, которому за короткий срок удалось сломать все мои барьеры, усомниться во всём, что я знала прежде, полностью перевернуть мою жизнь.
Дэниэль оборачивается, делает шаг в мою сторону, но тут же замирает. Он как будто видит меня впервые. Возможно, так и есть. Он впервые видит меня такой - решительной, полностью принявшей ситуацию. Разумеется, я не могу наблюдать себя со стороны, но всё сейчас отражается в его глазах. Выражение его лица рассказывает мне то, что я жажду знать. Недоумение в его взгляде сначала сменяется удивлением, затем недоверием и в конце концов осознанием. Столько эмоций разом. И я поддаюсь в его сторону, беря инициативу в свои руки.
За несколько шагов я сокращаю расстояние между нами и впиваюсь в губы Дэниэля поцелуем, притягивая его к себе за шею. Мои пальцы путаются в шелковистых, слегка вьющихся волосах. Он колеблется всего секунду, но уже в следующее мгновенье с жадностью отвечает на мои ласки. Его руки обхватывают меня за талию, нежно перемещаются вдоль спины вниз, а затем Дэниэль резким движением приподнимает меня за бедра вверх. Ногами обвиваю его торс, и в этот миг поцелуй совершенно выходит из под контроля. Дыхание сбивается. Мы целуемся до боли, сталкиваяясь губами, языками, зубами, будто в схватке.
Дэниэль, все еще удерживая меня на весу, пересекает комнату и усаживает на комод, не разрывая контакта. Мне всегда было любопытно узнать, каково это, чувствовать себя настолько желанной. Осознавать, что кто-то хочет тебя так сильно, так неистово. Губы Дэниэля ласкают мои щеки, подбородок, шею. Он совершенно теряет контроль и на поверхность выходит та часть его натуры, которую он сам считал давно потерянной. Но она лишь спала где-то глубоко внутри, а теперь вырвалась наружу, словно лава.