Не знаю сколько раз я перечитываю текст письма, прежде чем смысл сказанного начинает до меня доходить. Ты был прав Дэниэль. Мне не стоило читать письмо до того, как я сожгу картину. Ведь это меняет всё.
В одной руке я держу свёрнутый листок бумаги, на котором аккуратным почерком выведены слова прощания, а в другой находится зажигалка. Я больше не боюсь, я знаю, что надо делать. Я иду к нему.
***
Дэниэль полулежит, полусидит на кресле, прикрыв одной рукой глаза. Во второй же я вижу пустой бокал виски. Он не замечает меня пока что, но от картины, развернувшейся перед моими глазами, щемит сердце. Он ждёт и готовится, когда я занесу топор над его головой. Внезапно Дэниэль дергается, будто почувствовав моё присутствие и вскакивает с кресла, слегка пошатываясь. Должно быть он крепко пьян. Это немного усложняет задачу, или же наоборот…
– Что… что ты здесь делаешь? – его голос тихий и уставший, язык слегка заплетается, и я думаю, что не смогу достучаться до него сейчас. Но мне этого и не нужно.
– Я хочу уйти с тобой! – выпаливаю я.
Он потирает переносицу, пытаясь сосредоточиться на моих словах.
– Нет, Стейси, нет… ты же знаешь, что это невозможно. Ты полна огня, прекрасное видение, и ты должна жить!
Я медленно начинаю пятиться назад, в тот момент, когда он делает шаг ко мне в сторону. Мне нельзя подпускать его к себе.
– Это будет не жизнь без тебя, – продолжаю заговаривать зубы.
– Пойми же, тебя ждёт светлое будущее, потому что ты сама свет. Этот мир много потеряет без тебя. Раньше ты не знала, как его излучать. Не знала, умеешь ли любить, чувствовать. Но ты изменилась, Стейси. Ты сможешь быть счастлива. Пусть и без меня.
Мне хочется кричать в ответ. Всё отрицать. Но это не имеет смысла. Мне нужно просто добраться до шторы. Ещё шаг. И ещё один. Дэниэль внимательно следит за тем, как я от него удаляюсь, и на его лице появляется странное выражение. Он вот-вот догадается о моих планах. Нужно действовать решительней.
Всё так же не разрываю с ним зрительного контакта в тот момент, когда достаю из кармана зажигалку.
– Тогда найди меня в следующей жизни, – мои слова звучат резко и пылко.
Слышится щелчок и штора позади меня в одно мгновение воспламеняется.
– Не-ет! – Дэниэль кидается ко мне и буквально отдергивает от окна.
Огонь со шторы быстро расползается на ковер и диван. Моя спина прислонена к спине Дэниэля и мы с замиранием сердца смотрим, как неукротимая стихия сантиметр за сантиметром забирает историю, его историю, нашу историю.
– Что ты наделала… – Он разворачивает меня к себе лицом, и я замечаю, что он успел абсолютно протрезветь. – Что ты наделала? Ты погибнешь, а я нет!
– Мы оба погибнем, ведь я подожгла портрет. И я люблю тебя. Ты должен знать это. Не из письма. Ты должен знать, что я люблю те… – на последних словах я закашливаюсь от дыма, который почти полностью заполонил комнату. – Не в этой жизни, так в следующей.
– Нет, нет, нет, – Дэниэль прикрывает лицо внутренней стороной руки, пытаясь защититься от дыма. Но всё это кажется бесполезным. Огонь почти окружает нас, дым не даёт сделать вдоха. Голова начинает кружиться, значит, всё закончится очень скоро. Скоро закончится всё. Я оседаю на пол, Дэниэль всё ещё держится на ногах. Дым полностью заволок комнату, и я знаю, что уже не смогу выбраться. Всему приходит конец.
В моей голове начинают мелькать образы из детства. Вот я качаюсь на качелях на заднем дворе, пока папа жарит воскресное барбекю, а мама пританцовывает, накрывая на стол. День аварии, когда мне сообщают о смерти моих родителей, и я раз и навсегда решаю, что больше никогда не позволю никому причинить мне подобную боль. Момент, когда я попадаю в картину и встречаю прекрасного незнакомца, перевернувшего мою жизнь. Лица Лилиан и Фабио, Дэвида и Матильды, и наконец Дэниэля, в тот момент, когда мы смеялись, лежа в его постели. Где-то на границе потери сознания я ощущаю, как сильные руки обхватывают меня. Уже скоро, я чувствую. Сквозь пелену тумана, как будто издалека раздаётся знакомый низкий голос. Успокаивающий, обволакивающий, дарящий умиротворение. "Найди меня в следующей жизни". И затем я проваливаюсь в темноту.