Мои глаза сами собой прикрываются. Я думаю о наших последних днях, проведенных вместе. О моментах близости. О ночах, когда я просто лежал рядом с ней, прижимал её к своему телу, вдыхал цветочный аромат её волос. Сейчас, сидя в своём кабинете я так остро ощущаю этот запах. Как будто она и вправду рядом.
Я вздрагиваю и резко распахиваю глаза. Не может быть. Она стоит прямо передо мной. Её глаза блестят, губы сжаты, по щекам разливается нездоровый румянец.
– Что… – я пытаюсь собраться с мыслями и совладать со своим языком, который почему-то не желает шевелиться. – Что ты здесь делаешь?
– Я хочу уйти с тобой! – резко и громко заявляет Стейси.
Я опускаю голову. Это значит только одно. Она прочитала моё письмо. Не знаю радоваться или злиться, но одно мне понятно точно – у меня просто нет сил бороться. Я вымотан физически и эмоционально.
– Нет, Стейси, нет… Ты же знаешь, что это невозможно. Ты полна огня, прекрасное видение, и ты должна жить!
Её поведение такое странное. Я встаю, чтобы оказаться ближе. Какая-то неведомая мне сила тянет к ней. Но она не слышит меня и лишь отступает назад. Я пытаюсь, всё ещё пытаюсь подобрать нужные слова, убедить её уйти. Её взгляд пугает меня. Она как будто бы не здесь. И почему она отходит от меня все дальше, пока я пытаюсь подобраться к ней?
– Найди меня в следующей жизни, – как только Стейси произносит эти слова, штора позади неё загорается.
– Нееееет! – я слышу чей-то крик, должно быть это мной. Ужас охватывает меня, изгоняя последние остатки алкоголя. Я могу думать лишь о Стейси и о безжалостном огне, разгорающимся все сильнее.
Я хватаю её, и ужас от осознания происходящего почти сбивает меня с ног.
– Что ты наделала? – дым слишком быстро заволакивает комнату. Стейси оседает на пол, надышавшись им, и начинает терять сознание.
Я должен, просто обязан действовать быстро. Подхватываю ее на руки. Ее тело безвольно обвисает, пока я несу ее к картине на стене. Я не смогу простить тебе, если с ней что-нибудь случится. Она теряет сознание. Мне страшно, что я не смогу ей помочь.
– Найди меня в следующей жизни! – Я последний раз прикасаюсь к её губам, стараясь впитать в себя из вкус, а затем подношу её руку к картине. Огонь ещё не тронул картину, и потому портал сразу сработал. Она в безопасности, и это главное.
Силы начинают меня покидать, и я ползком выбираюсь в коридор, как могу спускаюсь по лестнице и не задумываясь открываю входную дверь в дом. Она поддаётся мне. Впервые за сто пятьдесят лет. За ней лежит долгожданная свобода. Я выхожу на улицу.
Солнечные лучи приятно ласкают кожу. От насыщенного свежего воздуха голова идёт кругом, но это скорее вызывает во мне чувство эйфории, нежели обеспокоенность. Пахнет лесом, яблоками и морем. Я падаю на колени, опьяненный природой вокруг меня. Касаюсь слегка влажной земли руками и понимаю, что это сработало. Огонь любящего сердца снял проклятье. Я больше не узник. Я больше не монстр. Прямо передо мной появляется поток чистого белого света, он разрастается, пока не заполняет всё, что окружающее пространство. Я хочу удержать это мгновение, но понимаю, что не могу. Я знаю - это конец. Долгожданный конец. Я зажмуриваю глаза и одинокая слеза скатывается по моей щеке. Я умираю. Я счастлив. Я сломлен. Я свободен. Спасибо тебе, Стейси, что подарила мне этот миг.
Глава 21
Человек умирает тогда, когда умирает последнее воспоминание о нём.
"Гарри Поттер и Орден Феникса", Джоан Роулинг
Первое, что сразу же привлекает мое внимание, когда я начинаю приходить в себя - это неприятный, раздражающий писк прямо возле уха. Но я не могу разлепить веки, чтобы определить источник звука. Они будто налиты свинцом. Затем появляются голоса. Некоторые из них знакомые. Я узнаю высокий голос Матильды и более тихий мамы. Мне пока не удаётся разобрать, о чем именно они говорят, но интонации взволнованные. Как мне дать им знать, что я тоже здесь? Я очнулась. Если бы я только могла открыть глаза.