— Стой… — шепчет, возвращая взгляд на меня и тут же отворачиваясь от слишком соблазнительной картинки. — Остановись. Иди ко мне.
Поднимает меня с колен, подхватывает на руки и заваливает нас обоих на кровать. Мажет пальцами по моим влажным складкам, уделяя внимание чувствительному клитору, и довольно урчит, убедившись, что я готова принять его. Приставляет головку ко входу, и мы оба замираем.
Тянется за поцелуем, жадно впивается в мои губы и медленно входит, растягивая стеночки. Я выдыхаю ему в рот наполняющее меня удовольствие.
Он заполняет меня собой без боли, с головокружительной полнотой. Прислоняется своим лбом к моему и шепчет что-то нечленораздельное. И каждое движение уносит меня куда-то очень далеко, за пределы сознания. Туда, где есть только я и сладостное ощущение нагнетающего напряжения, жаждущего выхода.
Всё случилось быстро. Чересчур долго мы к этому шли и оба слишком страстно желали, но я каждой клеточкой ощущала себя желанной и любимой. Это выражалось в осторожных жестах, в сбивчивом дыхании, в ласковых объятиях и нежных словах. На пике эмоций пришёл и он.
Оргазм невиданной силы накрыл меня с головой, освобождая и даря умиротворение. Я сокращалась и извивалась, выкрикивая его имя, а Камиль в несколько толчков догнал и вторил мне. Излился в меня бурными потоками с моим именем на губах.
Откинулся на кровать и сгрёб меня в охапку, зацеловывая всё, куда только мог дотянуться. Шею, лицо, волосы…
Когда я перевернулась на живот и устроилась поудобнее, почувствовала вытекающую из меня горячую жидкость, размазывающуюся по внутренней стороне бедра. И самое странное, мне не хотелось поскорее бежать в душ и брезгливо смыть её с себя. Мне даже было отчасти приятно, что во мне осталась частичка любимого человека.
Проблема контрацепции меня сейчас мало волновала. Скорее всего я бесплодна, я почти в этом уверена. Ничего не проходит бесследно, и та злосчастная таблетка возможно навсегда лишила меня возможности стать матерью. И меня это никогда не огорчало так сильно, как сейчас.
На продолжение рода ненавистного супруга мне было плевать, такой монстр не должен становиться родителем. Но от любимого человека я бы хотела родить ребёнка. Как жаль, что я встретила Камиля лишь сейчас. Но ничего изменить нельзя. Я могу лишь благодарить судьбу за то, что она привела меня сюда, в этот счастливый момент, который я запомню навсегда.
— Ты такая красивая, — шепчет, поглаживая мои плечи. — Именно сейчас. Уязвимая, настоящая, раскрасневшаяся. Хочу запечатлеть этот момент в вечности. Позволь мне, руки так и чешутся.
— Хочешь нарисовать меня обнажённой? Вот такой? — удивляюсь.
Кажется, с этого всё и началось. Но сейчас мы оба не боимся своих внезапных чувств.
— Да, — отвечает с придыханием, шепча мне на ухо и тем самым вызывая мурашки по коже, приподнимающие мелкие волоски. — Попозируй мне, моя Муза. Доставь мне ещё одно удовольствие.
— Хорошо, — соглашаюсь, немного поразмыслив. — Но с одним условием. Этот портрет будет только для тебя. Обещай мне. Его никогда не увидит широкая публика ни на одной из твоих выставок, и тем более мой…
Язык не поворачивается произнести это слово. Муж… Супруг… Владимир… Как будто одно лишь упоминание о нём, разрушит моё хрупкое женское счастье, всё испортит. Не хочу сейчас думать о нём.
— Обещаю, — целует меня в висок и уходит за мольбертом и красками.
— Как мне лечь? — спрашиваю, когда он возвращается. — Не знаю куда деть руки.
— Просто расслабься и отдыхай, всё идеально, — отходит к белоснежно белому полотну и делает быстрые наброски карандашом.
Работает, страстно, рьяно, отчаянно. Будто кто-то в любой момент может отнять у него вдохновение.
— Я думала, это будет похоже на сцену из фильма «Титаник». Ну, знаешь, большой драгоценный камень на груди, соблазнительные взгляды…
— Тебе не нужны драгоценности, твоё тело прекрасно само по себе и без них. Твой ласковый взгляд, твоя открытая улыбка…
Закрыла глаза и мечтательно потянулась. После разрядки меня немного клонило в сон.
Глава 33
С небес на землю одним нелепым взмахом
Несколько дней в Париже пролетели, словно один миг. Мне всегда будет мало времени, проведенного с ним. Камиль стал не просто моим любовником, он — моё наваждение. То, чего я сознательно не искала, но чего мне отчаянно не хватало в жизни.
С ним я сгорала от страсти, от нежности, от любви. И пускай от меня останется лишь горстка пепла, пусть я сгорю дотла, это того стоит.