— Но… — хотела что-то сказать хотя бы в защиту малыша, но меня прервали.
Все мы для него не люди, а ресурсы. Исполнители придуманного предназначения. Винтики и шестерёнки в безупречной машине его мировоззрения.
— Я всё сказал, — оборвал меня на полуслове супруг. — Не забывайся, милая, — последнее слово прозвучало как плевок змеиным ядом, — ты здесь ради одной-единственной цели — родить этого ребёнка. Ну может ещё согревать мне постель одинокими вечерами. Ты должна быть благодарной, дрянь! Я был очень терпелив, ждал десять лет…
Он пыхтел от злости, как паровоз. Плечи вздымались от агрессивного дыхания.
— Если хочешь увидеть, как растёт твой сын — смирись. Покорись моей воле. После того, как ты разродишься, тебя будет легко заменить в случае чего.
Ненавязчиво припугнул между делом отлучением от собственного ребёнка. Умело нашёл рабочий рычаг давления и не побрезговал воспользоваться им.
— Ты не сможешь его забрать, он мой! — встрепенулась, охваченная паникой. — Я не позволю!
— Хочешь проверить?
Угрожает напрямую, и я верю, что он сможет, у него много связей. Подделать тест ДНК для него не проблема, как и выставить меня плохой матерью, например, алкоголичкой или наркоманкой.
Я должна бежать от него. Да, я сбегу!
Но Владимир будто прочёл мои мысли.
— Охрана! — крикнул что есть мочи, и уже через десять секунд в комнату ворвались два амбала в чёрных похоронных костюмах. — Никого не впускать и не выпускать!
— Ты не можешь запереть меня здесь навечно!
На глазах наворачивались слёзы от навалившегося бессилия.
— Разве? — ехидно оскалился супруг и вышел.
Я бросилась вслед, но уткнулась носом в грудь одному из амбалов, преградившему мне путь.
— Пусти! — зашипела бешеной кошкой, выпустив коготки.
Я била кулаками его в грудь, но он не сдвинулся ни на миллиметр. Лишь сухо извинился и удалился, прикрыв за собой дверь на замок.
Глава 39
Я ухожу, но все еще люблю
Камиль
— Камиль, — присоединяется ко мне за завтраком Владимир. — Есть разговор.
Он тут же отпивает, делая большой глоток, свой горячий чёрный кофе без сахара и отрезает кусочек яичницы, аристократично накалывая его на вилку и отправляя в рот.
— А Марго к нам не присоединится?
Я занервничал, но тут же постарался взять себя в руки и натянуть безразличную улыбку, будто спрашиваю из банальной вежливости. Он всегда ждал её к началу трапезы, не начинал, пока все не сядут за стол.
— Она сегодня предпочла позавтракать в постели. Утомилась за ночь, если вы понимаете, о чём я, — похотливо недвусмысленно подмигнул. — Зачатие наследника, знаете ли, отнимает много сил.
Скрежетнул зубами, рискуя превратить их в белое крошево, представляя его потного и пыхтящего на моей хрупкой Музе. Пальцы сами собой непроизвольно сжались в кулаки до побелевших костяшек и впившихся в плоть ногтей. С трудом подавил вырывающийся из горла животный рык.
Вот же я дурак. Влюблённый до беспамятства чудак. Конечно, он её муж, а я так… любовничек. Который уже наскучил? Она охладела ко мне, я это чувствовал. Близости между нами не было уже много дней. Она что-то утаивала от меня, боялась сказать. Что хочет бросить меня, что же ещё.
Я до последнего не мог поверить в то, что нужен ей так же сильно, как и она мне. Марго стала моим воздухом, без неё я буквально задыхаюсь. Но кто Я для неё?
А может он нагло врёт? Выставляется, чтобы похвастаться, какой он мачо. Хотя, зачем ему это? Да и не похоже на ложь, рожа уж больно довольная, будто и правда всю ночь напролёт имел любовь всей моей жизни.
Владимир, похоже, не заметил моих внутренних терзаний и продолжил диалог как ни в чём не бывало, поглядывая на часы.
— Портрет окончен?
Деловой будничный тон, от которого меня воротит. Хочется хорошенько вмазать ему по роже разок-другой, чтоб не лыбился так.
— Остались последние штрихи, — процедил сквозь зубы, пытаясь скрыть своё презрение за чересчур шумным глотком кофе.
— Вот и отличненько.
Двигает ко мне пухлый конверт. Не заглядывая внутрь, угадываю, что там деньги, причём много. Очень много, гораздо больше, чем изначально было оговорено. Как бы мне не хотелось его ненавидеть, Владимир — человек слова, да и чаевые оставляет щедрые. Мне от него ничего не нужно, я делал это не ради денег, но отказаться не могу, это вызовет подозрения, поэтому благодарно принимаю оплату.