Потом дата уточняется 18 июня.
«Этель, дорогая, что же писать той, кого любишь, перед лицом страшной реальности через восемнадцать дней, в день 14-й годовщины нашей совместной жизни, нас приказано казнить. Вновь и вновь пытаюсь я анализировать позицию правительства в нашем деле, и все сводится к одному наше дело по желанию каких-то сумасшедших хотят использовать для устрашения всех инакомыслящих».
2 июня директор управления тюрем Джон Беннет по прямому указанию генерального прокурора Браунела посетил Розенбергов и, не мешкая, предложил им сохранить жизнь в обмен на «полное сотрудничество». «Признание или смерть», бесцеремонно бросил он в заключение беседы Розенберги немедленно заявили протест; представитель министерства юстиции сообщил журналистам, что визит носил «дежурный» характер и никаких «особенных» предложений сделано не было.
Из письма Розенберга адвокату, где приводится почти стенографическая запись всего разговора, продолжавшегося более часа: «Послушай, Джулиус, — сказал Беннет, глава комиссии по атомной энергии Гордон Дин мой хороший приятель, и если он узнает, что ты согласился в полной мере сотрудничать с нами и рассказать все о шпионской деятельности, то лично встретится с президентом и будет просить о помиловании».
Так и не добившись ничего у Джулиуса, Беннет отправился к Этель, потом на их беседу в женском крыле тюрьмы вновь пригласили Джулиуса. А уже через час Беннет опять был в камере у Розенберга и продолжал доказывать ему, что он знает нужных людей, готов привести их немедленно, надо только все без утайки рассказать, вспомнить, с их помощью, ведь они «действительно хотят помочь» 8 июня судья Кауфман отклонил протест адвоката, в котором говорилось о том, что, по имеющимся новым сведениям, некоторые свидетели на процессе давали ложные показания. 11 июня апелляционный суд оставляет решение Кауфмана в силе — день казни не переносится.
12 июня в школе у Майкла последний день занятий. Только и разговоров у всех где отдыхать летом, чем заниматься. 14 июня Майкл и Роберт едут в Вашингтон но это не экскурсия они должны передать президенту Эйзенхауэру письмо с просьбой о помиловании родителей. Майкл вручает письмо часовому у ворот Белого дома. Вокруг туча репортеров, его фотографируют, пытаются задавать вопросы. Мальчика строго предупредили, что говорить ни о чем и ни с кем он не должен. Полицейские кордоны, пикеты демонстрантов, плакаты «Майкл (или Роберт) Розенберг просит спасти его отца и мать»
15 июня верховный суд беспрецедентным большинством в один голос (5 против 4) отказывает в отсрочке приведения приговора в исполнение. Всего один голос.
16 июня адвокат делает последние отчаянные усилия подается прошение об отсрочке казни на имя одного из судей верховного суда Дугласа он из тех кто голосовал против. Одновременно прошение направляется в министерство юстиции. Этель Розенберг вновь обращается с просьбой о помиловании к президенту. В тот же день Майкла и Роберта приводят на свидание с родителями.
«Когда настало время прощаться, я вдруг почувствовал, что кошмарная развязка приближается, напишет потом старший из мальчиков. Послезавтра мои родители умрут Никогда еще я не сталкивался со смертью, пройдет немало времени, прежде чем я стану осознавать весь ужас смерти или смертной казни, и тем не менее я понял что и смерть будет чем-то ужасным. Но они, казалось, об атом совсем не думали Я хотел чтобы они сделали что-нибудь Ведь это не обычное свидание так, «до следующего раза». это все, конец. Так что же мне делать, чтобы они поняли это? И я завыл: «Жить осталось только один день, один день, один день» Я не плакал. Мне не столько было жаль себя, сколько поражало их кажущееся безразличие Они старались успокоить меня и целовали, целовали на прощание»
17 июня появилась надежда: судья верховного суда Дуглас вынес решение об отсрочке казни. В тот же день, однако, по указанию генерального прокурора Браунела было внесено предложение созвать специальное заседание верховного суда и обсудить правомерность решения Дугласа В Конгрессе между тем уже готовилась к предоставлению резолюция о выражении судье Дугласу недоверия и смещении его с занимаемой должности.
Никто еще не знал, что тюремная, администрация в Синг-Синге получила указание продолжать подготовку к казни, которая была назначена на 11 часов вечера.